Трон императора

– У меня не было возможности поговорить с царем с тех пор, как мы покинули крепость! Он отказывает мне в аудиенции, хотя есть нечто, о чем я должен сообщить лично Императору.

Чувствовалось, что тысяцкий обижен. Царь не должен так поступать со своим старым соратником!

– А скажи мне, тысяцкий,– вкрадчиво спросил Гронир,– как вышло, что ты оставил царя в опасности?

– Не отвечай, Кайр! – быстро вмешался Шотар.– А ты, Управитель, держи рот на запоре, если ни хрена не знаешь!

– Я только спросил,– пробормотал Гронир.

Шотар был одним из немногих, чье превосходство бывший Алый признавал безоговорочно.

– Ага! Спросил, не предатель ли он?

– Да ладно, успокойся! – пробурчал Гронир.

– Я могу объяснить,– вмешался самериец.

– Обойдемся! – отрезал капитан.– Я сам…

– Нет уж, я объясню! А остальным невредно будет послушать.

И рассказал о том, что произошло в замке, до того как он сам, со стрелой в плече, вывалился наружу.

– Все – правда,– хмуро сказал Шотар.– В том – мое слово.

Некоторое время в павильоне царило молчание.

– А твой родич, что с ним?

– Думаю, что он мертв. Но он выполнил свой долг, раз Фаргал здесь.

– Надо полагать, выполнил,– негромко произнес Кен-Гизар.– Если здесь – Фаргал…

– Что за намек? – Кайр подозрительно посмотрел на посланника.– Если царь очарован, то родич мой тут совершенно ни при чем!

– Я сказал то, что сказал,– спокойно ответил сокт.– А ответь, тысяцкий, верно ли, что этот юноша, его ведь звали Кэр, да…

– Да,– подтвердил удивленный самериец.

– Правда ли, что он был очень похож на Фаргала?

– Сходство было, верно! – не стал спорить Кайр.– Но я бы не сказал, что он был очень похож на царя. Я думаю, в Эгерине найдется не одна сотня парней с таким же профилем, как у нашего Императора.

– Разве твой Кэр был эгерини, а не самерийцем? – спросил Кен-Гизар.– Ты же сказал: он из твоего клана.

– Ну да,– подтвердил Кайр.– Он – сын вождя моего клана. Приемный сын, но это не имеет значения: если вождь счел, что Кэр достаточно хорош, чтобы стать его сыном, значит, не имеет значения, кто его настоящий отец.

– А зовут вашего вождя?

– Хардаларул.

– Почему ты не сказал об этом раньше? – резко спросил Саконнин.

– А кто меня об этом спрашивал? – огрызнулся тысяцкий.– Кэр был моим человеком, а со своими людьми я разбираюсь сам! И сам отвечаю за них. Только царь…

– Считай, что перед тобой – царь! – твердо сказал посланник соктов.– Если Фаргал очарован, Советник Трона говорит от имени прежнего Фаргала.