Трон императора

Можно с помощью снадобий нарастить мускулы или жир, можно сделать так, чтобы подросток быстрее рос… Но действительно изменить внешность, доставшуюся человеку от отца с матерью. Полностью изменить облик, привычки, манеру держаться… Всего за несколько дней! И – ни следа приложенных чар!

– Кэр,– негромко произнес посланник,– может быть, расскажешь, как ты, сын вождя из Самери, оказался в царских покоях?

– Чем плох сын вождя Хардаларула? – мгновенно ощетинился Кэр.

– Ничем,– согласился Кен-Гизар.– Но Фаргал – мой друг.

Тень скользнула по лицу Кэра. И не осталась незамеченной.

– Или был моим другом, если его уже нет в живых… А человек, который полагает своим другом тебя,– сокт заметил, как пальцы Кэра сжали край одеяла,– говорил мне, что доверяет твоей преданности царю Карнагрии!

– Какой человек? – холодно спросил Кэр. И голос его был уже голосом Фаргала, мужчины, а не юноши.

– Кайр.

– А-а-а…– Голос Кэра снова стал голосом юноши.– Кайру можешь верить.

– Однако ты здесь! – напомнил посланник.– В спальне Фаргала.

Кэр молчал. Ирдик сердито глядела на сокта. Видно было: она готова защищать любимого от любых обвинений.

– Да,– наконец сказал Кэр.– Ты прав, посланник. Я занял спальню и Трон вместо Фаргала. Именно так.

– Он мертв? – Голос Кен-Гизара дрогнул.

– Думаю, что да,– неохотно проговорил сын вождя.– Его можно считать мертвым… для Карнагрии. Он не вернется. Я защищал его, пока мог. Но мне показали… Я решил,– поправился Кэр,– что Фаргал был бы не против того, чтобы я занял его место… Если ему небезразлична судьба его Империи.

Это была чистая правда. Никакого удовольствия от своего пребывания во дворце Кэр не получал. И въехать в столицу во главе армии было далеко не так восхитительно, как представлялось. И он забыл Ирдик! Как так могло случиться? Но все-таки он – сын Хардаларула! И отступать не намерен!

– Мне не нравится быть Императором! Но я буду управлять Карнагрией не хуже Фаргала! Запомни это, сокт!

– Будущее покажет,– ответил Кен-Гизар.

Он чувствовал: Кэр говорит правду. Но всю ли правду?

– А сейчас,– сказал посланник соктов,– я все-таки не прочь услышать, что именно с тобой произошло. С тобой и с Фаргалом. Клянусь! – Сокт поднял правую руку с браслетом Яго. – Все, что ты скажешь, останется со мной. И ты приобретешь мою помощь, которая пришлась кстати и Фаргалу, когда тот только взошел на престол.