Что ж! Без тебя мое сердце ссохнется и почернеет от горя, но жить я буду, потому что нужна своим детям. Поэтому будь мужчиной, Рамиру! Скажи, что ты выбираешь в этой жизни. Жить и делить тебя с ней я не смогу.
Серена высказала все, что хотела, и почувствовала, что в ней поселилась пустота безнадежности. У нее не было даже слез. Она тихо вышла из дому и не спеша пошла к морю, села на песок и стала смотреть, как набегают одна за другой волны. Она ни о чем не думала, только пристально следила, как набегали и откатывались сине-зеленые пенистые волны…
Серена все еще сидела на пляже, когда в дом вернулись с прогулки дети.
Странно, может быть, называть детьми этого взрослого юношу и юную девушку, но все-таки они были детьми.
— Что-то случилось, папа? — спросил Кассиану у сгорбившегося Рамиру, сидевшего в углу, безнадежно опустив между колен руки.
— Нет, ничего, — глухо ответил Рамиру. — Только знаешь, может, вы переночуете сегодня у Самюэля? Ужинайте, а я пока пойду пройдусь.
Брат с сестрой переглянулись: такого еще не было никогда.
Видно, произошло что-то крайне серьезное, иначе ни отец, ни мать так бы себя не вели!"
"Но слово родителей было для них законом, и, поужинав, Асусена прихватила белье, и они отправились к Эстер и Самюэлю.
— Милые бранятся, только тешатся, — попробовала успокоить ее Эстер, но Асусена только недоверчиво покачала головой.
Рамиру надеялся на благодатную ночь, которая всегда приносила им мир и согласие, но на этот раз он ошибся. Вернувшись, Серена заперлась в комнате Асусены и не захотела с ним даже разговаривать.
Разговаривать им было не о чем. Она будет ждать его решения.
Рамиру злился на себя, на Серену и чувствовал свое полное бессилие. Он же все уже решил, все высказал. Но чем и как он мог вернуть себе поколебленное доверие Серены? Что должно было случиться, что произойти, чтобы она поверила ему?! И поверила навсегда!
Ночь была для обоих тягостная, почти бессонная. Но поутру Серена уже, как всегда, хлопотала на кухне, готовя завтрак.
Жизнь должна была идти своим чередом, и дети не должны были страдать оттого, что у матери разрывается сердце. У них будут свои неприятности, их в жизни не избежать…
И Рамиру, глядя на свою жену, не мог не восхищаться ею. С каждым годом он все больше и больше уважал Серену за выдержку, ровный нрав, за житейскую мудрость и за преданность ему и детям. Он не мог понять, как не чувствует его уважительной любви Серена? Как может в нем сомневаться?..
