Как хорошо, что они с Франсуа еще так далеки друг от друга… Хотя Летисия не могла не признать, что нежданная откровенность Аманды взволновала ее не только как мать…
Аманда, сделав первое признание, заторопилась и с остальными — в ней накопилось столько мыслей, чувств, новых ощущений, что носить все это в себе ей давно уже было невмоготу. Плотина прорвалась. Открыв в матери наперсницу, дочь торопилась ей все высказать.
— Знаешь, он всегда один, и мне кажется, он страдает. Мне так хочется подойти к нему поближе, утешить, наполнить его жизнь радостью.
Ты ведь меня понимаешь, правда, мама? — Восторженные и встревоженные глаза дочери смотрели на Летисию. — И ты мне поможешь! Да? Ты мне поможешь его завоевать?
Летисия невольно про себя усмехнулась, но усмешка была печальной.
— Ты считаешь, что именно я могу тебе помочь? — спросила она.
— Конечно! Кто же еще? Ведь ты же моя мама! — простодушно удивилась Аманда.
— Понимаешь, я хотела тебе сказать… — неуверенно начала Летисия, сама еще не зная, что именно она хотела бы сказать дочери, но Аманда прервала ее:
— Я знаю все, что ты скажешь! Разница в возрасте и все такое прочее! Но поверь, все разницы — предрассудки! Я люблю его! Люблю впервые! Я не знала, что любовь — это просто сумасшествие, не знала, какое это необыкновенное и восхитительное чувство! И он должен, должен ответить мне взаимностью!"
"Летисия поняла, что ничего больше она уже не скажет.
Что она просто не знает, как говорить с дочерью. Она в тупике и не знает, что ей делать.
Со своим недоумением, с тяжелой печалью в сердце она, простившись, ушла к себе в спальню.
А наутро первый звонок был от Франсуа.
Трубку взял Витор. Услышав мужской голос, он мгновенно внутренне насторожился, но трубку передал матери с улыбкой.
— Я так и не уснул после нашего вчерашнего вечера. Твой поцелуй жег мне губы. Мне не терпится увидеть тебя снова. Я заеду за тобой, и мы вместе пообедаем, — в голосе Франсуа было столько ласки, столько нежности.
— У меня возникли очень серьезные осложнения, — ответила Летисия.
— Ситуация переменилась, и я просто не знаю, что сказать…
— Тем более! Значит, нам просто необходимо увидеться. Я заеду за тобой! — уверенно и энергично пообещал Франсуа.
— Да, вообще-то ты прав. Хорошо, — согласилась Летисия.
Витор по-прежнему был настороже. Для начала ему нужно было уточнить, кто это звонит матери в такой ранний час.
— Нужно раз и навсегда запретить секретарше давать номер твоего домашнего телефона клиентам.
