Те самые таинственные незнакомцы, которые так напугали в баре Адреалину. Конечно, это Мануэла им рассказала, с кем она дружит и где живет.
Эти двое вначале до смерти напугали Изабел. Она приняла их за грабителей. Но парни были очень вежливы, их интересовала только Адреалина. Поняв, что они не опасны, Изабел даже угостила их кофе.
— А вот и мой сын, Луис Роберту. Он вам все расскажет про эту бродяжку. Они приятели, понимаете? Где Адреалина, Пессоа? — нетерпеливо расспрашивала она сына."
"— Адреалина уехала, то есть улетела, — с невинным видом сообщил Пессоа.
— Я ее проводил в аэропорт, и она улетела в Рио.
Незнакомцы смотрели на него с недоверием. Но Пессоа умел врать очень правдоподобно. Это ему все говорили. Мужчины ему поверили и бросились в аэропорт. А Адреалина отбыла в противоположную сторону. Пессоа был очень горд собой. Но с того дня на него напала черная тоска.
Тоска его просто источила, как ржа железо. Он не выходил к обеду, сидел взаперти в своей комнате и слушал Шопена. Эта музыка, объяснял он Жанаине, была лучшим обрамлением его тоски.
Бонфинь радовался, что благодаря приступам печали у сына улучшился музыкальный вкус. Правда, он перестал ходить на занятия в колледж. Это всерьез тревожило Бонфиня.
Но Пессоа было не до учебы. Дни его проходили в раздумьях и воспоминаниях. Где ты сейчас, Адреалина? Удалось ли тебе благополучно скрыться, не попала ли ты в беду? Никогда еще он не встречал такой таинственной, притягательной, необычной девушки. Он ждал звонка или известия от нее, готов был поспешить на помощь.
Но Адреалина, похоже, навсегда ушла из его жизни.
Глава 10
Бонфинь летел в Рио со странным поручением — передать чек на крупную сумму некой певичке из бара. Он привык к ночным похождениям Гаспара и к его частым увлечениям, но в этом случае он не мог удержаться от упрека: его семья рушится на глазах, а он занимается пустяками, гонит самолет в такую даль только затем, чтобы передать привет и благодарность малознакомой женщине. Но Гаспар оставался неисправимым оптимистом.
— С моей семьей все в порядке! — бодро заявил он. — Есть кое-какие отклонения от курса, но скоро я все улажу и верну Витора домой. Ты слишком мрачно настроен, приятель. Мне лично кажется, что мир прекрасен!
Бонфинь с удивлением взглянул на него. Гаспар казался необыкновенно оживленным, сияющим и счастливым. Уж не влюбился ли он? Бонфинь невольно позавидовал шефу: он еще способен влюбляться, а значит, и радоваться жизни. От себя он давно не ждал ничего подобного.
