Трудное счастье

Я поделился с ней своей бедой, и она все время утешала меня: «Тебе не о чем беспокоиться, Джесси. Я обязательно позабочусь о тебе». С тех самых пор каждый раз при встрече со мной миссис Барбарина спрашивала о моем здоровье. А мое зрение с каждым днем становилось все хуже, миссис Пендоррик. Хотя я совсем не вижу вас, вы чем-то напоминаете мне ее. Вы так же добры и… счастливы. Сначала миссис Барбарина тоже была такой, как вы сейчас, но затем в ее жизни все изменилось. Бедняжка перестала быть счастливой.

Ой, боюсь, я совсем заболтал вас. Бесси говорит, что у меня такой длинный язык потому, что большую часть времени я провожу в полном одиночестве.

— Вам просто хочется отвести душу, и я рада этому, — сказала я. — Мне очень интересно.

— Фейвэл — тоже новобрачная Пендоррика, поэтому ее и интересует та, другая, — объяснила Хайсон.

— Да, — продолжил старик. — Вы счастливы… Как и она вначале. И только потом бедняжка… Я желаю вам счастья, миссис Пендоррик. Мне очень хотелось бы, чтобы вы навсегда остались такой, как сейчас.

Поблагодарив Джесси за добрые пожелания, я принялась расспрашивать его о том, как он живет один в доме. В ответ он предложил мне осмотреть свой коттедж. По его словам, там всегда очень чисто, так как за порядком следят его дочь и внучка. Поднявшись со своего места, старик взял стоявшую возле палку и повел меня в дом.

Открыв входную дверь, мы сразу очутились в гостиной. Здесь действительно было чисто и уютно. Посреди комнаты стоял стол с пепельницей, подставкой для трубки и небольшим радиоприемником.

Возле него располагалось и кресло хозяина. На стене виднелась небольшая фотография в рамке, на которой был запечатлен сам Джесси. Он стоял, положив руку на плечо сидящей на стуле женщины, очевидно, его жены. Оба напряженно смотрели в объектив, словно выполняли неприятную обязанность и делали это только для того, чтобы оставить о себе хоть какую-то память потомкам. Тут же висели и свадебные фотографии миссис Пенхаллиган;

Другая дверь из гостиной вела в небольшую кухню, откуда можно было выйти в сад.

Как и сам коттедж, сад имел ухоженный вид. Небольшая лужайка была украшена цветочными клумбами, у стены стояла бочка дождевой воды.

Наверху — две комнаты, объяснил мне старик. Он довольно бодро поднялся по лестнице на второй этаж. Состояние его здоровья было действительно неплохим, если не считать слепоты и того, что память иногда подводила его.