Потом принялась за разбор корреспонденции. Так-то все в порядке, хотя отметила пару производственных площадок, где надо побывать самой. Разобраться, кто виноват, и премировать обе стороны конфликта. Или не премировать.
Душевное письмо пришло из Голубков — моего первого, самого трудного, самого любимого поместья. Никаких жалоб и прошений, никаких бесчинств и лихоимств. Не видят во мне ни долгожданного судию, ни спонсора. Просто ждут в гости чудную барыню Эмму Марковну, оказавшуюся доброй без кавычек.
— Маменька, когда поедем в Голубки, Степу с собой возьмем? Он с друзьями повидаться хочет, — спросила Лизонька, прочитавшая вслух письмо из поместья.
— Возьмем Степу, тебя и учебники, — ответила я. — Только в этом году вряд ли.
Подросток, по детской привычке губы надула. Странно, столько всего повидала в этом году, в том числе иноземное море. А вот хочет в родное поместье.
Тут еще в моем училище завершился учебный год. Почти половина мальчишек отправится на каникулы к родне. Некоторым путь за две-три губернии.
Хотят похвастать отцам и матерям, какие они ученые и умелые. Лучших учеников надо прилюдно наградить грамотами и сувенирами, а вот денежную помощь раздать тайно, не столько по заслугам, сколько по потребностям, иначе будут обиды. Сама себя сделала шефом училища — расхлебывай, Эммочка.
Выкроила время и обсудила с мужем, как заманить кавказского героя на операционный стол. Решили запустить слух, будто некий французский пират Жан Огнеглот получил картечь в башку, узнал, что в России делают уникальные операции на голове, во сне пациента, и захотел приехать.
Но испугался. Пусть Якубович патриотически возмутится: как это, лягушатника собрались латать, когда русскому офицеру голову вылечить не могут⁈ Он-то не боится."
"А как замесить интригу? Не вопрос. Когда мой супруг вступал в дела МВД, понимая, что сам министр не работает, он обнаружил агентурную сетку, включавшую в себя слухмейкеров. Правда, в спящем режиме: агенты шустрят, только когда им дают конкретные задания, а главное — платят.
Супруг оживил одного такого типчика — завзятого картежника, но столь деликатного в шулерстве, что вхожего и в приличные дома. Как пояснили супругу, свежий слух должен дойти до объекта, коему он предназначен, в течение суток.
За полдень основные дела в Новой Славянке были переделаны. Теперь — в Питер, в городской офис и на Чумной остров.
Будь у меня отлажены средства мгновенной связи — телеграф, тикер, телетайп, не говоря уже о телефоне, этот офис не был бы нужен.
