Конечно, он не альтернатива Якубовичу — операцию должен был возглавить один из офицеров Гвардейского экипажа. Но Петрушу приняли в Северное общество и решили использовать его таланты в решающий день.
— Эмма Марковна, когда же мне убегать прикажете? — озабоченно спрашивал парень во время очередной встречи в гостинице. Он сбрасывал тесную офицерскую форму — портные поспешили — и радостно грыз пряники, так как был сладкоежкой, а в приличном обществе такая страсть неуместна.
Я говорила Петру, что очень скоро его миссия окончится.
А сама считала дни.
Девятое, десятое, одиннадцатое, двенадцатое. Город был полон слухами, все более тревожными. Из памяти прошлой жизни в голове зафиксировался треугольник: Константин — Николай — декабристы. В исторической реальности комбинация складывалась более интересная. Объяснялась она тем, что столица понемногу осознавала: Константин править не хочет. Но Николай был по-прежнему нежеланен, как заговорщикам, так и фрондерам-генералам.
Поэтому обсуждались самые разные кандидаты на трон.
Например, Мария Федоровна — престарелая элита тосковала по временам Екатерины. Или Михаил Павлович — он ведь не присягал Константину. Называли даже Елизавету Алексеевну, которая пока что оставалась в Таганроге — слегла от горя.
И еще из Зимнего дворца до меня доходили слухи, касавшиеся моей особы. Я понимала, чего от меня хотят. Вернее, захотят в самое ближайшее время. И ждала.
Почти не отвлекалась на посторонние события — коммерческие, благотворительные, прочие.
Медведь по-прежнему гостил в усадьбе — старец Серафим хотел дождаться развязки междуцарствия. Дядя котик и слуга активно сотрудничали со следствием — Миша обещал в рамках закона смягчить участь обоим за то, что помогли восстановить его доброе имя.
Настало утро 13 декабря. Сегодня Николай Палыч окончательно решит привести элиту к новой присяге. Себе. Потому что, как я помнила из истории, он уже узнал о заговоре — по крайней мере, о Южном обществе во 2-й армии.
А меня в два часа пополудни ждет на катке Наталья Рылеева с ребенком.
На самом деле не ждет, но это будет для нее сюрприз.
* * *— Маменька, а почему мы будем на Мойке кататься? — в очередной раз спросил Алеша.
Я сказала, что там много незнакомых детей, с которыми можно подружиться. Алешка, как и старший брат, был общительным и заулыбался.
Приехали на двух экипажах, с Лизонькой и Павловной. Очень возможно, что сегодня днем вернемся в усадьбу по отдельности.
