Значит, потайная труба из-под земли дым выводит.
— Начальству доложил?
— Не стал, — виновато ответил сторож. — Я и прежде замечал стуки да шорохи, но мне подрядчик запретил вызнавать, мол, не твое дело.
Отец, Илья и Андрей продолжали выспрашивать сторожа. Мне и собакам было велено вести себя тихо. Я осторожно ходил по каменным плитам, чтобы согреться. Анзор сидел возле Ильи, а Черныш следовал за мной. Я был обут в легкие боты, и ноги слегка мерзли. Я делал все большие и большие круги в почти полной темноте и слышал лишь свои шаги и легкий стук собачьих лап.
Внезапно пес дважды гавкнул и куда-то решительно направился. Я разглядел в темноте темный силуэт и шагнул следом, схватив пса за поводок.
— Черныш, там кошка? — спросил я.
Пес гавкнул опять, и мне показалось, будто я узнал этот лай — он так же лаял, когда нюхал картуз Степаши.
— Ищи Степашу! — скомандовал я.
Подобный поступок может показаться неблагоразумным. Но в эту минуту я думал лишь о цели нашей экспедиции. И еще о том, что надо спасти друга!
Черныш рванулся вперед.
Я, не выпуская поводок, следом. Не сомневался, что папенька поспешит за нами. И только потом понял, что он был в достаточном отдалении и мог не услышать меня.
Пес принялся скрести лапами в одном и том же месте. Я нащупал в темноте доску, потянул, она отошла. Черныш ринулся в невидимый лаз. Я хотел было задержаться, но собака тянула меня, как пироскаф лодку. И я решил последовать за Чернышом, а потом вернуться к папеньке и рассказать все, что увижу. Пусть он что-то кричал в темноте.
Последовать оказалось проще, чем вернуться. Мы оказались на узкой витой лестнице, перегороженной огромным каменным обломком. Черныш нашел щель между камнем и стеной, я с трудом протиснулся за ним, изгрязнив и, судя по звуку, порвав шинель. Заодно подумал, что вряд ли кто-то старше меня мог бы преодолеть эту преграду.
Пролезая, я обронил поводок. Может, мне следовало вернуться и повторить неудобный путь. Но я не хотел оставлять собаку в этом подземелье. Поэтому поспешил следом, легко находя ступеньки.
Они закончились коридором, в конце которого забрезжил дрожащий огонек.
Скоро коридор стал шире, а огонек ближе. Внезапно донесся визг Черныша и хриплая ругань.
— Ах ты чертова тварь!
Еще несколько шагов — и я увидел Черныша, который рычал на огромного мужика с фонарем в левой руке и дубиной в правой. Дубина была короткой и обитой железом.
Он уже занес для удара свое страшное оружие и не ударил лишь потому, что увидел меня.
