Публика пила шампанское, хлопала и упивалась недоразумениями и вставками в текст.
Особенно я распроказилась в знаменитом монологе Фигаро. Том самом обличительном революционном монологе о том, что одни рождаются с серебряной ложкой во рту, а другим приходится выгрызать счастье по кусочкам, ползти вверх по социальной лестнице, то и дело скатываясь на пролет вниз.
В моем варианте Фигаро не состряпал комедию из гаремной жизни, а написал почти шекспировскую драму о таинственно умершем короле, о наследовавшем ему старшем принце и младшем принце, который поклялся в ночь королевской смерти никогда не царствовать.
Бедный суфлер замолк, ожидая, когда я вернусь к тексту Бомарше или нас всех арестуют.
Реакция последовала ожидаемая. Ни хлопанья, ни перешептывания, ни вздохов. Только слышен далекий журчащий ручеек — кто-то опрокинул бутылку с шампанским, и вино льется с яруса на ярус.
И вдруг в тишине раздался одинокий хлопок. Сухой, сдержанный, скупой. Но будто плотину прорвало.
Пока зал аплодировал, суфлер успел меня изругать, а я — извиниться.
Мы вернулись к каноническому тексту. Но не надо быть Кассандрой, чтобы чуять: кое-кто из важных зрителей ждет не финала с водевильными куплетами, а ответа на очень интересные вопросы.
* * *Едва мы раскланялись за опущенным занавесом, директор промчался за нашими спинами, как наскипидаренная овчарка по краю овечьей отары. «Немедленно переоденьтесь и уезжайте», — доносилось его рычание.
Фигушки-фигаровушки вам, не уеду."
"Впрочем, и без моих фигушек нашлись люди, желавшие, чтобы я осталась.
Едва мы вошли в гримерку, раздалась брань — директора изгоняли из коридора.
— Прошу вас быстрее закончить и следовать за нами, — раздался знакомый голос.
Я обернулась и увидела человека, просившего называть его «сенатор». На этот раз без маски.
— Граф Новосильцев Николай Николаевич, — с усмешкой заметила я, — к чему такая спешка?
— Вам следует поторопиться! — повторил сенатор и императорский представитель при дворе великого князя. — Иначе вас выведут силой.
За спиной сенатора маячили драгуны, готовые войти в гримерку.
Этот дурак так и не понял, кто играл Фигаро? Кстати, я еще в мужском костюме, а в нем карманы, и это важное достоинство.
Достала револьвер, положила на полку.
— Если вы не спали в зале, то должны были понять: эта штука стреляет шесть раз подряд. Ваши угрозы опасней для вас, чем для меня…
Внезапно драгуны за спиной сенатора отпрыгнули от двери. Как сеттеры, когда в комнату хочет войти алабай.
