Трудовыебудни. В том гробу твоя зарплата

Вокруг было много мусора, который просто лежал вдоль улицы, много попрошаек и много каких-то сомнительных личностей, которые, завидев карету, спешно прятались в переулках. На освещении тут явно экономили, на дорогах - тоже. Нет, определенно, ночью гулять здесь я бы не рискнула.  Да и днем тоже. В центре было чуть светлее, и создавалась иллюзия порядка. Но это была только иллюзия. Фонари горели через один или через два, в брусчатке встречались выбоины, а в некоторых окнах не хватало стекол. Буквально три – четыре главные улицы выглядели вполне презентабельно, если не считать мусора, который выглядывал из переулков.

Какая-то нищенка чуть не бросилась под карету с протянутой рукой и ребенком, которого прижимала к груди. Карета остановилась по приказу. Абель молча достал из кармана «мелочь» и высыпал в протянутую грязную руку. Он как-то странно смотрел на нее. Определенно, они не были знакомы, но взгляд у Абеля был каким-то другим. Не таким, как обычно. В нем не было жалости, не было презрения или сожаления. Мне показалось, что он вспомнил что-то неприятное или просто задумался о чем-то. Нищенка настолько удивилась невиданной щедрости, что даже забыла поблагодарить, остановившись как вкопанная и разглядывая «подаяние» и не веря своим глазам.

- Абель, - наконец-то нарушила тишину я, - Помните, я вам говорила про дороги, когда мы с вами ехали смотреть поместье в первый раз? Так вот, беру свои слова обратно. В Криоре есть дороги. Отличные дороги. Я бы даже сказала – чудесные!

Он молчал и злился на что-то.

А я молчала и гордилась им.

Я понимаю, когда Абель злится по утрам. Утром Абеля никто не видел в хорошем расположении духа, а если и видел, то молчит в тряпочку, боясь прослыть трепачом. Даже мне не выпала такая честь видеть его выспавшимся и жизнерадостным. Вообще слова «жизнерадостный» и «Абель» в одном предложении почти никогда не встречались. На моей памяти точно.

Мы остановились у красивого здания. Про экономию тут речи быть не могло.

Было у меня подозрение, что кто-то себя явно не обделил. Что вот они, прямо перед нами: дороги, капитальный ремонт и вся социальная сфера. В три этажа со статуями, фонтанами и балконом, который покоился на белоснежных  мраморных колоннах.

- Красиво… - философски заметила я, глядя на этот островок благополучия и гармонии, среди обветшалых зданий и разбитых дорог.

- Скажи Вернеру, пусть спустится, - произнес Абель, снимая меня со ступеньки.