Царица

Но какой смысл? Он за пятнадцать минут разорванное горло срастил, стоит ли удивляться мелочам?

– Что-то еще? – напряглась я, так как Сташек принял вдруг загадочный вид.

– Я тут подумал… Головная боль… Вы связаны с ним ментально, да? – спросил он.

– Какой сообразительный, – пренебрежительно хмыкнул Дилан.

Брэд тоже что-то сказал, скорее всего, нехорошее, потому что произнес по-испански, чтобы никто не понял. Выругался, что ли?

– А с другими ты как связана, можно спросить?

Первородные зашумели, не давая мне ответить, да я и не собиралась.

– А тебе зачем? – все-таки не удержалась я.

– Мне любопытно, – застенчиво признался Сташек, и я закатила глаза к потолку: ну да, совсем забыла, он же такой любознательный! Как и полагается исследователю.

– Что мы теперь делать будем с этим умником догадистым? – хмуро вопросил Ронн, расправляя внушительного вида плечи и окидывая целителя тяжелым взглядом.

– Нас раскусили. Чего уж теперь… – вздохнула я.

– Это может быть опасно, – глухо сказал Дилан.

 – Никто не должен знать про нас. Никто не должен знать про тебя, Регина.

– Согласен, – кивнул Брэд.

Сташек переводил глаза с одного на другого.

– Я понимаю, – мягко заверил он. – Вам не надо меня бояться.

– А кого это мы боимся?! – взвился Ронн.

Брэд презрительно-скептически хмыкнул, а Дилан произнес настолько холодно, что даже я вздрогнула:

– Нам тебя – нет. А вот тебе нас – да.

Повисла многозначительная и весьма напряженная пауза.

– Что ж, славно, что вы так быстро подружились.

А теперь давайте к столу! Яичница стынет! – очень кстати спохватилась я.

– Регина, – укоризненно сказал Брэд.

– А что такое? – удивилась я. – Обо всем вроде договорились? Ронн, я сказала тебе джем открыть, а не есть! Немедленно поставь банку на стол! Брэд, иди умойся и футболку смени, что за ужас эти пятна! Дилан, отлипни уже от двери, Сташек никуда не сбежит, по крайней мере, до завтрака! Сташек, вон там у нас умывальник и чистые полотенца, иди за Брэдом.

И пока мужчины, усмехаясь, выполняли мои распоряжения, я сварила кофе и выставила яичницу на стол.

Запах стоял восхитительный, и я почувствовала, что проголодалась. Раздала всем салфетки и стала с некоторым напряжением смотреть на то, как Ронн наваливает себе огромную порцию моего кулинарного шедевра.

– Ты бы себе еще всю сковороду взял, – с неодобрением пробормотала я.

– А можно, что ли? – Ронн вскинул на меня глаза, полные радостной надежды. – Я очень есть хочу.