Царский витязь. Том 2

Тепло земных недр по-прежнему не сдавалось морозу.

Лыкаш, занятый семью делами одновременно, вдруг всё бросил, побежал искать Ворона. Дикомыт не был падок на лакомства с высокого стола, вдруг жаренину отвергнет?..

– Его учитель увёл, – сказал Хотён.

«Ну ладно. Может, изволением Владычицы, отведает ради великого дня. Да и орудья на седмице никакого быть не должно…»

– Крепко ли Воробыша гнал? – спросил Ветер. – А то я тебя, щадливого, знаю!

– Всё по твоему слову, отец. Лишней милости не оказывал.

– Каково с бега мишенил? Долго отпыхивался?

– Сразу бить начал.

Ни одного промаха не дал.

– Вот как! Ужели и на раскате не устрашился?

Крутой спуск, покорёженный земным содроганием. Дорога в повороте, жутковато скошенная к обрыву. Клыки пней, так и не поглощённые снегом…

– Уточкой сел, – прищурил весёлые глаза дикомыт. – Встал, волоса́ пригладил, далее побежал.

Источник нашёл взглядом Лыкаша: бодр, проворен, в обиходных делах как рыба в воде. Ветер почесал бороду:

– Ты его точно не на себе притащил?

– Как можно, отец.

Лишней милости…

Сухие поленья, вынесенные из-под крова, занялись быстро, жарко. Молодые мораничи детски радовались огню. Скучились, тянули руки в тепло.

– А почему Хотён с троими раньше вернулся?

– Так продрогли. Одевались во все ноги бежать, не в полноги.

– Ладно, – кивнул великий котляр. «Хвалишь мне Лыкаша, на самом деле про себя сказываешь. Понял ли, сын, что не только Воробышу испытание было?.. Ныне убеждаюсь: пора допустить тебя к сокровенному. Ты будущий учитель. А Хотён никогда и стенем не станет…»

У костра кто-то завёл радостную хвалу.

Её дружно и слаженно подхватили, но в подборе певчих недоставало единственного голоса, способного всё собрать, одним крылом метнуть в небо.

– Теперь ты готов, сын.

Ворон удивился, вздел домиком подвижные брови:

Великий котляр неторопливо вдохнул, выдохнул.

– Помнишь, я тебе не позволял приблизить учеников?

– Чтобы я их тайными скоморохами…

– Нет. Оттого, что замысел на тебя особый имею. Не такой, как на прочих. Скоро благословлён будешь возглавить поезд Царицы, – помолчав, тихо проговорил Ветер.

 – Собирать долю крови по Левобережью. Сирот вроде тех, что ты уже приводил.

– Честь преподобная, – прошептал Ворон. Хотел сразу пасть на колено, источник удержал.

– И родительских детей, кого отдают в котёл по обету. Из их числа будет тебе подкрылыш. – Жёсткое лицо Ветра смягчилось, улыбка стала мечтательной. – Завтра с тобой развернём начертание земель. Наметим путь, сроки положим.