Ее высоко поднятые брови дают понять, что мои оправдания никчемны.
– Стараешься изо всех сил, да?
Это удар под дых. Все мои усилия недостаточно хороши в глазах миссис Такер.
Грудь щемит от боли, я медленно снимаю ботинки и как можно быстрее прохожу через гостиную на кухню, хотя едва передвигаю ноги и с трудом несу сумки. Вся квартира больше, чем дом, в котором я выросла, и большую часть времени я восхищаюсь этим пространством, но миссис Такер создала такую атмосферу, что даже здесь становится тесно.
Я молча кладу в холодильник молоко, яйца и масло.
– Джейми с Такером? – спрашиваю я. В квартире тихо, как в кабинке для индивидуальной работы в Гарварде.
– Она в кроватке, спит, – односложно отвечает миссис Такер, не отрывая взгляда от лука, который теперь шинкует.
Я делаю попытку улыбнуться.
– Вы рады увидеть ее в первый раз?
– Что за вопрос? Конечно, рада.
Улыбка исчезает с моего лица. В груди снова возникает ноющая боль. Боже, находиться здесь будет тяжело.
– Пойду посмотрю, как она там. – Я запихиваю в холодильник упаковку сока и покидаю кухню.
В детской надо мной насмехается неубранная постель, которую Такер и Фитци установили тут в прошлые выходные. Простыни, сдвинутые на один край, лишь подчеркивают мою беспомощность как матери и домохозяйки. Если это – те черты, которые миссис Такер ценит в невестке, то у меня ничего не выходит.
Джейми блаженно спит в своей кроватке, плотно укутанная в одеяло. Я не поддаюсь искушению взять ее на руки, хотя знаю, что, когда возьму свою сладкую, любимую дочурку, почувствую себя намного лучше. Но ей нужно спать, а у меня есть куча незавершенных дел.
Я как можно тише заправляю постель и крадусь вон из комнаты, чтобы присоединиться к миссис Такер на кухне.
– Налить вам что-нибудь выпить? – предлагаю я.
Она обжаривает лук на сковороде, и квартира наполнена сладким запахом ароматных трав и чеснока.
– Может, я могу помочь с… – Я показываю на плиту.
– Чили? – заполняет она паузу. – Нет.
Тогда ладно. Я облизываю сухие губы и рассматриваю варианты. Хотелось бы спрятаться в спальне до тех пор, пока не вернется Такер, но, когда мой взгляд падает на гору посуды, я решаю, что сперва надо прибраться. Если даже мне придется при этом разговаривать с кем-то, кто, очевидно, считает меня никчемным слизняком.
