Целитель и сид

Она приближалась, привлеченная запахом скорой кончины.

«Это не для Тебя», — отстраненно подумала я. В ответ тьма мягко обняла меня. Она словно обволакивала то, что осталось от Искры, и моя темная половина все еще была со мной.

Из-за подставки слышалось довольное бормотание Ойна.

Я прикрыла глаза, словно потеряв сознание. Что делать с ядом в крови? Может, попробовать способ, которым я избавилась от остатков хитанского снадобья?

Я начала ускорять процессы в организме, переживая за минуты — целые часы жизни. Мои печень и почки работали, как проклятые, обезвреживая зелье.

Для моего ускоренного восприятия голос Ойна звучал вязко и низко, словно из-под воды.

Я приоткрыла глаза и попробовала незаметно пошевелить пальцами на руке. Тело снова слушалось меня. Ну что ж… никогда не делала этого, но когда-нибудь надо начинать.

Теперь нужно выжидать момент, когда Ойн будет настолько увлечен делом, чтобы не смотреть в мою сторону. Мне хватило доли секунды, чтобы схватить узкий мастерок, лежащий на соседнем столике.

Так, а теперь снова «ускориться». Только так я могу тягаться с более крупным и сильным мужчиной.

Воздух вдруг становится неподатливым, как вода. Приходится преодолевать упругое сопротивление при движении. Миг — и я уже на полпути к художнику. Его рот складывается в удивленное «О!», звук словно стынет в воздухе, как муха в янтаре. Он тянется, чтобы перехватить меня… медленно… слишком медленно… Я уже за его спиной.

Дотянуться… Мастерок вспарывает горло Ойна. Кровь фонтанирует, разлетаясь тонкими брызгами, которые зависают в воздухе… так медленно…

Внезапно это тягучее волшебство заканчивается.

Я отступаю назад. Тело Ойна грузно падает передо мной в лужу собственной крови.

После я обошла тело по широкой дуге и не спеша тщательно вымыла руки под настенным рукомойником. Кровь все никак не желала отмываться, оставляя ободки под ногтями. Внутри было какое-то странное опустошение.

Раньше бы я и мысли не допустила, что могу убить живое существо. А теперь? Моя темная половина даже испытывала некоторое удовлетворение от свершившегося.

Я подошла к только что законченной картине. Вот какой он меня видел?

В кресле томно возлежала молодая аристократка, как будто предаваясь послеполуденному отдыху. Талия тонкая, и откуда только взялась грудь? Волосы, расчесанные на прямой пробор, светлые локоны небрежно рассыпались по подлокотнику кресла, свешиваясь до самого пола. Бледная кожа, черные глаза, пунцовые губы и лихорадочный румянец на щеках.