Целительница

Ревазу в последний момент приспичило, и он, сбросив ношу на заднее сиденье, побежал обратно. Как он сказал, облегчиться.

Игнат только хмыкнул — в подобные игры они играли уже не раз, — открыл заднюю дверь со стороны водителя. Собрал накопившийся мусор в пакет, отнес в стоявший сбоку от здания бак.

Женщина с ребенком появились на пороге кафе, когда Игнат, закончив с наведением порядка, закреплял в держателе термос. Осмотрелась — все ее действия выглядели по-дилетантски откровенными, потом, практически бегом, потянула девочку в сторону того самого темно-синего родстера.

Машина покинула стоянку минуту спустя. Рванула. Взвизгнув шинами, влетела в поворот, выезжая на дорогу, что вела к трассе.

— А вот и голубчики, — прикрыл его собой как всегда своевременно появившийся Реваз.

Джип проехал мимо медленно, вальяжно. Обдал выхлопом…

— Ушли на грунтовку, — спустя несколько секунд отчитался Реваз, лишь теперь давая возможность Игнату выпрямиться.

Дорога на трассу — направо. Грунтовка, насколько помнил Игнат, налево.

— Сделают круг и перехватят, где потише, — поддержат Реваз его мысленный расклад.

И хотя это не имело к ним никакого отношения…

— Перстень у нее видел?

Прежде чем ответить, Игнат обошел машину, сел на пассажирское сиденье. Дождался, когда за рулем устроится Реваз.

Женщина и девочка были одеты по-дорожному. Неброско, но отнюдь не дешево. Если даже не сказать дорого. Да и перстень на пальце… Если Игнату не изменяло зрение, то стоимостью в целое состояние.

— На гоп-стоп не похоже, — вопреки собственным размышлениям о неплохом куше, произнес Игнат.

— Вот и я так думаю, — завел двигатель Реваз. — Но если ты скажешь, что это не наше дело…

Вместо ответа Игнат сдвинул панель на двери, открывая скрытый там оружейный сейф.

Дело, конечно, не их, но оставить без помощи женщину и ребенка в категориях их принципов выглядело откровенной подлостью.

— Вот что, Данила Евгеньевич… — Трубецкой поджал губы, выбирая из двух «плохо» то, что было получше. — Отправляй Александру и Юлю с Мещерскими. Понадобишься здесь.

— Ваше превосходительство… — уже далеко не в первый раз попытался высказаться Варланов. Тот, который следак.

И ведь давно понял, что лучше не перечить, но цену себе он знал, потому и держал планку, что Трубецкому вполне импонировало, только не тогда, когда ситуация выходила из-под контроля.