Целительница для генерала-дракона (СИ)

Еще и награду пообещали поистине королевскую – должность дворцового церемониймейстера! Да титул наследственный в придачу. Мой внук стал бы баронетом! Я просто не мог, не имел права отказаться…

Мы с Эмберскейлом без лишних слов переглянулись. И тут я угадала!

– Ну, а приказал-то вам кто? – спросила я, затаив дыхание в ожидании самых важных сведений.

– Так миссис Ронскел же! – недоуменно поднял брови Фергус. – Я думал, вы знаете. Она вам бокал лично поднесла.

Хорошо, что я сидела.

Кровожадность Киары меркла перед актерским талантом этой милой дамы, что любезно угостила провинциалку вином.

Она прекрасно знала, чем угощает. Судя по всему лакей подсказал неким образом, который из бокалов отдать мне – возможно, поставил чуть в стороне от остальных или еще как-то пометил опасную жидкость, чтобы саму заказчицу не травануть.

То-то она пить не решилась!

Но насколько нужно быть хладнокровной, чтобы собственноручно поднести яд конкурентке, а потом наблюдать за агонией? Еще и помощь позвала бы, когда меня скрутила бы первая судорога.

– А ей какой смысл? – поинтересовался Эмберскейл.

И узнал много нового.

Пока драконы самоотверженно спасали страну, уцелевшие аристократы ее успели поделить и присвоить.

Будни придворных сродни жизни в джунглях: или ты, или тебя. И по праву сильнейшего трон превентивно застолбил герцог Лемерик, один из самых влиятельных людей соседнего Браннара.

Откуда он взялся, если вообще гражданин другого государства?

Во-первых, он дальний родственник правящего в Браннаре короля, что обещал всяческую поддержку дорогому «брату».

Ведь наш Шейдарр – это не только выход к морю, но и удобные торговые пути, связь с драконами и вообще – бесхозные страны на дороге не валяются.

Во-вторых, герцог еще и женат на – барабанная дробь – племяннице миссис Ронскел.

А она сама – бывшая фрейлина моей матушки.

Получается, дважды моей семьей обиженная. Сначала ее выслали из дворца – была там какая-то мутная история, рассказывать которую при мне Фергус постеснялся.

Прямо отказался наотрез, не побоявшись пыток.

Впрочем, я не настаивала – и так понятно.

Фавориткой отца, поди, пыталась стать или стала, а королеве это, естественно, не понравилось.

А потом, спустя много лет, его величество одним махом стер столицу с лица земли вместе со всей семьей миссис Ронскел.

Неудивительно, что у дамочки слегка поехала крыша.

Однако сумасшедшая она или нет, но покушение на себя я прощать не собираюсь.