Целительница для генерала-дракона (СИ)

Цивилизации так точно. Если представить, что у нас везде вдруг отключится электричество… я поежилась. Жуть какая, это ж сразу каменный век! Ну, начало прошлого века. Но все равно – очень сильный откат назад прогресса. И общества тоже, особенно учитывая что королевской семьи и ее приближенных больше нет.

Начнется борьба за власть, передел территорий, при этом еще как-то надо этих орбисов отлавливать.

– Ну, допустим, они всю магию сожрут, – принялась я рассуждать вслух. Люна перестала жевать черствую горбушку и уставилась на меня.

 – У них больше не будет пищи, и они исчезнут. Так? Или к себе вернутся, откуда они там…

– Ох, если бы! – вздохнула травница и снова принялась мусолить сухой хлеб.

Зубов у нее оставалось мало, и усилия приходилось предпринимать значительные. Почему она упорно грызла корки, вместо того чтобы не мучаясь заняться мякишем, оставалось выше моего понимания.

– Они ж за людей примутся, изверги!

– У нас же нет магии? – удивилась я.

– А энергия в нас есть! – буркнул староста.

Его все еще раздражало, что малявка имеет право голоса, но за прошедшие полгода он немного попривык.

И даже прислушивался иногда к советам по здоровью, например что касалось мытья рук после очистки конюшни.

– Они присасываются как пиявки и тянут из человека все что есть, душу вынимают, оставляют один мешок с костями.

По спине легкими морозными лапками пробежал холодок.

Мой рациональный мозг отказывался представлять существ, питающихся магией, но если на самом деле существуют энергетические вампиры, то это как раз подходящее для них описание.

В конце концов, в человеке есть слабый заряд электричества. Почему бы здесь ему тоже не быть, только магическому? Недостаточному для полноценного колдовства (боже, что я несу, но вроде бы логично получается?), но вполне подходящему для питания подобных тварей.

– Вся надежда на драконов, – подвел итог беседе староста и грузно поднялся.

Три стопки наливки, запах которой шибал в нос с другого конца стола, сделали свое черное дело – Кайюса повело. Он тут же выровнялся – сказывался многолетний опыт – и двинулся к выходу.

Люна закрыла за ним дверь и повернулась ко мне.

Долго молча изучала, так что мне стало неуютно. Я подскочила и принялась убирать со стола, привычно складывая грязную посуду в таз, чтобы помыть потом под колонкой на улице. Вода в ней не замерзала даже при минусовой температуре, хоть и лилась ледяная. Так что всю зиму я относила тарелки с котелками в помывочную и оттирала их там. Руки было жалко.