Целительница для генерала-дракона (СИ)

Можете приписать меня помощницей к этому вашему бугаю. Не имела чести быть представленной, – помахала рукой в воздухе, обращаясь скорее к Блейзиону. Он должен понять, о ком речь.

Как я и думала, глава отряда кивнул.

– Уверен, Немью не будет возражать, – прокаркал он сквозь смех. – Он одобрил ваши методы. Особенно настойку для поддержания сил. Ее в штабе так и прозвали – ведьминым зельем. Горькое как зараза, зато за всю зиму ни одной простуды.

– Боятся, что дозу удвоят? – хмыкнула я.

Похвала от коллеги, пусть и переданная через третьи руки, обрадовала и немного успокоила расшатанные нервы.

Хоть кто-то меня понимает!

Генерал поморщился – поди, вкус зелья вспомнил – и кивнул.

– Хорошо, оформим тебя как помощницу штатного целителя. Что еще? За оклад будешь торговаться? – ехидно уточнил он.

– Полагаю, вы человек… то есть дракон слова и не обидите свою спасительницу, – не преминула уколоть. Мол, я тебе безвозмездно жизнь спасала, а ты обзываешься. – Прошу также прописать норматив моего присутствия рядом с вами – рабочие часы, выходные, отгулы, перерывы…

– Я смотрю, ты только и думаешь как бы поменьше времени проводить в моем обществе, – ворчливо пробормотал драконище, – лишь бы отгулы и выходные.

Я сглотнула. Понимаю, что смысла спорить особого нет. Если бы это был перелом, растяжение или воспаление, я бы примерно представляла себе фронт работ. А тут… потеря дракона. Диагноз-то ясен, а какая схема лечения, откуда мне знать? В моей полувековой практике подобного как-то не случалось.

– А вообще эта проблема распространенная? Утрата дракона? – уточнила я и запнулась, заметив как посуровели и замкнулись оба мужчины.

Чувство, что я про потенцию вопрос задала.

Ну серьезно, я же врач! Существо без пола, которого нельзя стесняться! А эти как дети малые, чуть что в отказ уходят.

– Я почему спрашиваю – может, есть какие-то упражнения, методики, медитации, ну чтобы принцип себе представлять? Я бы почитала, – и поспешно добавила: – Читать умею!

– Нет ничего, – неохотно ответил Эмберскейл. Его друг уставился в окно, растеряв все веселье. – Случай единичный. Уникальный, можно сказать. Ранее такого ни с кем не происходило, что делать – неизвестно. Потому, как видишь, я и цепляюсь за малейшую надежду.