Цена свободы

И ты всегда можешь отказаться.

– Да, я знаю. А еще знаю, что Мастер не покажет мне ничего, что меня травмирует.

Айза снова улыбнулась. Немного загадочно и одновременно тепло.

– У тебя запрет произносить его имя? – поинтересовалась она.

–Нет, но… – я потрогала платиновое сердечко на ошейнике, – … оно как-то само получается. Я чувствую его постоянно. Постоянно помню…

– Здорово. А я так часто нарушала протокол, называя Артура по имени. – Айза поерзала, морщась, словно от фантомной боли. – Иногда ему приходилось наказывать меня по три раза за день.

– Ужас. – Я передернула плечами.

– Разумеется, я лишалась игр, потому что задница просто горела.

– Не верю, что ты могла ошибаться.

– Все ошибаются, Дарин. Это нормально. Жизнь нам дана именно для того, чтобы ошибаться, исправлять ошибки, становиться лучше.

Я увидела в глазах Айзы столько боли и тоски, когда она это сказала. Думаю, их история не самая простая. Собственно, как и у нас. И мне очень хотелось верить, что я тоже однажды смогу быть такой, как она.

Не богатой, шикарной и самодостаточной, а просто… счастливой. Этого у Айзы было не отнять. Я поняла только сейчас, почему она так привлекательна – потому что счастлива и довольна собой, своей жизнью.

Кажется, я тоже начала чувствовать что-то без слов. Просто видела ее гармонию, равновесие и не могла не восхищаться.

– Кирилл всегда очень переживает из-за наказания, – проговорила Айза, вырывая меня из размышлений. – Ты, наверно, сама это видишь. Думаю, никто не заботится о покорной после наказания так, как Салманов.

– Мне не с кем сравнить, – проговорила я неожиданно для самой себя. – Он мой первый Мастер. И первый мужчина.

Глаза Айзы расширились. Мне до боли захотелось рассказать ей все, быть взаимно искренней, максимально откровенной.

– Мастер купил меня, Айз. Я выставила себя на аукцион. Свое тело и свою девственность. Он заплатил за меня пятьдесят миллионов.

Тишина обняла нас. Айза молча переваривала шокирующую новость, а я собиралась с духом, чтобы рассказать подробности.

Мне хватило минуты, чтобы набраться смелости. Я говорила всю дорогу до дома. Про Женю, про Гараева, про то, как меня обманули, как я попала к Кириллу и жила у него, как украла деньги, как он наказывал меня, как все поменялось после кнута, как я постепенно стала понимать, что нуждаюсь в доминации, хочу быть покорной, как все это перемешивается с чувствами и потребностью принадлежать моему Мастеру, хозяину во всех смыслах.

Коля остановил машину у дверей дома.