Цена свободы

Я взглянула на особняк, ища глазами окна игровой, которые были занавешены тяжёлыми плотными портьерами.

После моей исповеди я избавилась от последних страхов, потому что обнажила душу перед Айзой. Что мне теперь обнаженное тело?

Айза молчала до конца пути. После моей исповеди она сказала лишь:

Больше я не услышала от нее ни слова. Еще недавно мне было бы неловко, я бы начала накручиваться, что теперь она не будет дружить со мной, посчитает недостойной их круга и интересов, ведь в клубе, а потом и с Кириллом я оказалась абсолютно случайно.

Она же всегда вращалась в высшем обществе. Я точно не знала, кто ее родители, но вряд ли они были простыми работягами, как мои.

Все то же шестое чувство или интуиция подсказывали, что Айза затихла по иной причине. Похоже, мой рассказ напомнил ей о чем-то. Привыкшая к переменам в настроении Мастера, я спокойно восприняла и задумчивость нашей гостьи.

Коля остановил у флигеля, и Айза очнулась.

– Нет, – проговорила она, возвращая лицу прежнее дружелюбное выражение. – Я хочу сразу поздороваться с Киром.

Я опустила перегородку и попросила Колю доставить нас к дому. Он молча исполнил.

– Артур, наверно, уже там, – защебетала Айза. – Надеюсь, Кир нас накормит. Он потрясающе готовит.

– Не сегодня, – обрубила я ее надежды. – Он собирался на кухню завтра, но вызвал повара, чтобы он приготовил ужин.

– Тоже неплохо. Ужин? – Она взглянула на часы.– Ох, как же я отвыкла от Москвы. Вроде бы недавно было утро, но дорога и расстояние жрут время.

Болтая снова о всяких тривиальных вещах, мы прошли к дому.

Нас встретил в дверях повар. Высокий мужик с фигурой Скалы Джонсона. Он поприветствовал по-французски. Айза ответила «бонжур» и что-то еще, рассмешив великана. Меня только и хватило, чтобы брякнуть «здрасте», когда он уже уходил. И снова я промямлила невнятное приветствие, наткнувшись на Артура.

– Привет, Дарин. Рад видеть, – дружелюбно откликнулся он.

Я растерялась, почему-то совсем не готовая к нашей встрече. Артур немного меня смущал еще во время ужина в Казани.

Спокойный и вежливый, он все же обладал какой-то неуловимой аурой или харизмой. Я не могла объяснить логически, просто чувствовала это. Снова. И теперь, хоть я и была дома, на своей территории, но склонила голову, не смея смотреть ему в глаза.

– Я не твой Мастер, Дарина, – тут же заметил он мое смущение. – Мы лишь гости. Ты не должна смущаться, дорогая.

Это было легче сказать, чем сделать. Я вдруг растеряла всю свою уверенность, которую только обрела с Айзой.