Цена свободы

– Я сейчас опущу стол, – предупредил он меня. – Не пугайся.

Кирилл нажал какой-то рычаг внизу, и стол действительно поехал вниз. Салманов встал у меня за головой, отрегулировал высоту так, что моя голова оказалась на уровне его паха.

– Хочу трахнуть твой рот, детка. Тебя придется принять меня глубоко. Я знаю, ты сможешь.

«В Казани» – вспомнила я. И теперь Кирилл вряд ли кончит за минуту.

– Порадуй своего Мастера.

Я облизала губы, не совсем понимая, как он собирается проникать до горла. Все же стол не приспособлен, а моя поза тем более.

Но у Кирилла, конечно, на все был ответ. Он снова что-то нажал под столом, и часть изголовья отъехала вниз. Моя голова запрокинулась, чуть свесившись. О, да. Так я была в идеальном положении.

Мастер спустил джинсы, вышагнул из них, оставаясь обнаженным. Он был возбужден, сильно. Его завела порка не меньше, чем меня. Эта мысль заставила меня желать его касаний и скорой разрядки. Но сейчас – он.

– Поцелуй, – велел Мастер, коснувшись головкой моего рта. Я сомкнула губы, едва сдерживаясь, чтобы не слизнуть каплю предэякулята.

Он не стал сразу ломиться мне в горло, позволял привыкнуть к размерам и ритму, скольженью и дыханию, новому положению и ощущениям. Но с каждым движением его член проникал все дальше. Я расслабила горло, позволяя скользнуть глубже. Кирилл рыкнул и взял темп. Он трахал мой рот глубоко и жестко, не позволяя отвлечься, расслабиться. Я дышала носом, работала языком, расслабляла губы, когда он погружался, и сжимала, когда выходил почти до конца.

Мастер стал чередовать толчки. Он двигался то медленно, то быстро. То глубоко, то задерживаясь у губ. А потом снова я ощутила удары на теле. И было невыносимо сложно теперь держать его во рту, не сбивать дыхание и не сойти с ума. Я даже стонать не могла, хотя звуки так и рвались наружу. Но они оставались во мне, превращаясь в усиленное стократ напряжение.

Удары флогера снова грели мою кожу, дразнили пах и грудь. Стало невыносимо мало, и я сдвинула ноги, чтобы хоть как-то усилить ощущения.

Салманов шлепнул меня по бедрам флогером, а потом протиснул рукоять, заставляя развести ноги снова.

Я закашлялась, теряя дыхание, давясь его членом. Мастер отстранился.

– Не смей сводить ноги, Дарина, – отрезал он, давая мне отдышаться.

Я моргала, прогоняя слезы из глаз, а Кирилл смотрел на меня сверху вниз. Наверно, я выглядела ужасно. В слезах и слюне. Мастер собрал влагу с моего подбородка, сунул пальцы мне в рот. Я пососала.