Цепи его души

Только сейчас вспомнила, что он сказал «идем», да и не торопились нам накрывать в спальне.

— Да, это идеальное место, чтобы начать новый день.

Должно быть, место действительно идеальное, и раньше я была бы счастлива начать день вместе с Эриком среди красок и холстов, в самой светлой комнате этого дома, но…

— А как же Камилла с Эммой?

— При чем тут Камилла с Эммой? — голос его прозвучал отстраненно.

Он заплетал мне косу, я видела, как льется лента, перекинутая через мое плечо, с каждой секундой становясь все короче.

— Ты говорил, что Камилла твой друг. Точнее, ты ее так представил…

— Так и есть, Шарлотта. Камилла стала одной из немногих, с кем я мог быть собой.

— И долго вы… были в таких отношениях, о которых ты говорил?

Мысленно прикусила язык, но поздно. Вот почему, почему, когда дело касается Камиллы, я не могу держать его за зубами?! Почему я не ревную Эрика к той женщине с картин, жене его брата?

— Несколько месяцев. Ей нужно было понять, что мужчина не ра́вно безжалостная тварь, а еще — что боль тоже может быть исцеляющей.

Даже если основа под ней всего лишь темная страсть. Она училась чувствовать заново, и она научилась.

— Она в тебя влюблена?

— И ты так спокойно об этом говоришь?

— Я никогда ничего ей не обещал, а что обещал — все исполнил. Сейчас нас связывают исключительно деловые и дружеские отношения, все остальное — ее выбор.

— Тебе не кажется, что это слишком жестоко?

— Не кажется, — холодно ответил Эрик. — Наши чувства никоим образом не касаются других людей.

Если бы я сходил по тебе с ума, а ты оставалась ко мне холодна, это был бы мой выбор. Ты тут ни при чем.

— А если бы случилось наоборот?

— Такого не случилось, Шарлотта, — негромко произнес он.

Но с Камиллой случилось.

Все-таки временами я совершенно его не понимала. Пожалуй, лучше свернуть этот разговор, тем более что спросить я хотела о другом.

— Может быть, мы позавтракаем с ними? — предложила.

Не сказать, что я буду счастлива завтракать с Камиллой, но вся эта ситуация все равно казалась мне дикой.

Особенно после нашего с ней откровенного разговора.

— Нет?! Они же твои гостьи.

— Были, — произнес Эрик, подтягивая ленту и завязывая бант.

— То есть этой ночью они уехали. Камилла и Эмма сейчас на пути в Вэлею.

Мысли о Камилле не оставляли, возможно, именно поэтому завтрак вышел несколько скомканным. Эрик то ли чувствовал мое настроение, то ли сам был погружен в размышления, поэтому за столом мы едва перекинулись парой слов.