Цепная реакция

– Замолчите, вы, оба! – крикнул Чиун. – Я нашел знакомого. Он говорит, что я – его приятель.

– Ну, тогда ради Люшена, – упрашивала Руби.

– Пошел он к дьяволу, твой Люшен!

– Он не сделал тебе ничего плохого.

– Только потому, что мы с ним никогда не встречались, – сказал Римо.

– Он – мой брат. Ты обязан позвонить доктору Смиту.

– Тогда я позвоню ему сама, – сказала Руби.

– Если ты это сделаешь, я уйду.

Римо посмотрел в зеркало. Чиун, широко улыбаясь, повернулся налево и прижался лицом к боковому стеклу, потом перегнулся к правому окну, после чего развернулся на 180 градусов и послал улыбку в направлении заднего стекла.

– Чему ты улыбаешься? – спросил его Римо.

– Кто-то из моих новых приятелей говорит, что меня сняли. А я хочу сфотографироваться с улыбкой на лице.

– Что это значит? – не понял Римо.

– Это значит, что ты превысил скорость! – взвизгнула Руби. – Надо притормозить.

Но было уже поздно. Прятавшаяся за мостом полицейская машина, мигая огнями и гудя сиреной, выехала на проезжую часть и рванулась за нарушителями.

– Ты же сама твердила, что я еду слишком медленно, – огрызнулся Римо.

– Тогда не было рядом полиции. Они засекли нас радаром, о чем другие водители предупреждали по рации. Теперь нас задержат.

– Не обязательно. – Римо сильнее нажал на акселератор.

Патрульная машина отстала. На скорости сто двадцать миль Римо вылетел на следующий подъем и свернул на боковое шоссе, где его не могли перехватить другие патрули. Остаток пути до Норфолка он ехал со скоростью девяносто миль.

Когда они остановились у мастерской париков, Чиун что-то кричал по-корейски в микрофон рации.

– Что он говорит? – спросила Руби.

– Обещает кому-то раздавить его всмятку, если тот попадется ему на тротуаре.

– По-моему, его обозвали «трещоткой», – пояснил Римо.

Воздух на Джефферсон-стрит имел соленый привкус – из-за дневного смога. Римо и Руби вышли из машины, за ними вылез Чиун.

Увидев их, Смит, сидевший в небольшом ресторанчике на противоположной стороне улицы, положил на стол пятицентовую монетку в качестве чаевых и поспешил покинуть зал.

– Римо! – позвал он.

Все трое обернулись на голос пересекавшего улицу человека в поношенном сером костюме.

– Кто это? – спросила Руби.

– Будто ты не знаешь, шпионка! – фыркнул Римо. – Чиун, кто это?

– Это император Смит, – вполголоса сказал Чиун.

– Разве?! Какой невзрачный! – удивилась Руби.

– Когда ты его узнаешь ближе, он тебе покажется еще более несимпатичным, – пообещал Римо.