Цианид

– Клуб мужененавистниц предлагаю считать основанным, – сказала Эми.

Только они и спасли мой день. А после работы еще и затащили в паб через дорогу для «психологической реабилитации». После двух стаканов пива мне стало так хорошо, будто мужчин никогда не существовало. Шутка. Пожалуй, я бы не хотела жить в мире, в котором бы не было Митчелла. Или других добрых, надежных, адекватных парней, которых вовсе не мало. Силиконовым дилдо не решить потребность в ласке и понимании, которые нужны нам как воздух.

Митчелл забрал меня из бара после одиннадцати, невозмутимо реагируя на молчаливый восторг моих подруг.

– Как ты? Лучше? – спросил он, наклоняясь ко мне в машине и горячо целуя.

Еще днем я позвонила ему и рассказала про разговор с Эндрю, так что он был в курсе.

– Гораздо лучше. Не знаю, как будет завтра, но сегодня все мои печали потонули в «Гиннессе».

– Всегда пожалуйста, – ответил Митчелл и повторил то, что уже раз десять сказал по телефону: – У тебя прекрасные статьи, сильные темы и великолепный стиль подачи. И если Эндрю не в состоянии оценить их и предлагает тебе начать писать на развлекательные темы, то стоит послать его к чертям собачьим.

– Я не могу потерять работу, сам понимаешь.

– Потерять и правда было бы фигово, а вот сменить на другую – почему нет? Может, пришло время начать писать для более серьезных изданий? Уверен, в мире полно таких, которые с радостью прислушаются к твоему голосу.

– Думаешь? – только и смогла ответить я, внезапно чувствуя такой прилив благодарности и радости, что захотелось высунуть голову в окно и запищать.

– Уверен, что скоро тебе станет тесно в этом журнале. Не сегодня, так завтра. Так что нет смысла грустить из-за выводов Эндрю. Забудь о них вообще. Тебя ждет большое будущее, и тебе не стоит прогибаться под чужое мнение.

– Спасибо, Митчелл, – сказала я, шмыгая носом, страшно тронутая его поддержкой.

– Возьми эту статью, которую он отверг, и отправь в… где бы ты мечтала опубликоваться?

– «New York Times», «Vogue», «Cosmopolitan», «Vanity Fair»… Но, господи, даже не знаю, каковы шансы пробиться туда.

– Кажется, я снова слышу неуверенность.

– Да, это снова я, маленький жучок-журналист, на которого сегодня наступил сапог главреда.

Митчелл положил руку на мое колено и ласково сжал.