Цианид

– Про меня опять говорите? У меня слух пугливой лани, и я услышала свое имя!

– Ой, детка, всего лишь восторгаемся твоей способностью писать легендарные статьи о корейских бойз-бендах, – отшутилась Эми.

– Обожаю их, – выдохнула Магда, хлопая ладошками по карманам в поисках сигарет. – Вот что значит культурная экспансия. Ни один генерал и полководец никогда бы не сделал для Южной Кореи столько, сколько сделали семеро мальчишек. Я серьезно. Каждая вторая девочка-подросток теперь мечтает о корейце. И если это не феноменально, то покажите мне, где я ошиблась.

– Глядя на то, как разлетелся последний номер, ты не ошибаешься, – сказала Эми.

– Вот именно. Мои ровесницы мечтали о Джонах и Брайанах, а нынешние девчонки хотят Чонгука и Тэхена.

– И ради бога, – пожала плечами Эми, отпивая из чашки и оставляя на краю отпечаток темной помады. – Я считаю, что главное для мужчины – это быть добрым, ответственным и адекватным. А как тебя зовут: Джон, Тэхен или Игнасио – это дело десятое. Женщины выбирают мультикультурализм.

– А расизм придумали мужчины, чтобы посеять в нас предубеждения против потенциальных соперников. Бинго. Зловещий план раскрыт, – добавила Магда, энергично тыча в нас кружкой.

Я рассмеялась и закурила еще одну. Наши обеденные разговоры всегда поднимали мне настроение и погружали в состояние полного умиротворения. Даже если мы говорили о сложных и неоднозначных вещах, вроде абортов или политики, я все равно получала от разговора удовольствие. Мне нравилось подбрасывать своему мозгу темы, которые требовали осмысления.

– Твоя статья о порнографии – просто огонь, Ванесса, – сказала Эми. – Обязательно покажу ее своей дочери. Твои родители уже заценили?

– Нет. Стоило маме услышать слово «порно», и ее лицо покраснело так, будто моими голыми фотками обклеили все столбы в городе, – сострила я. – Жаль, что не все матери такие, как ты. Завидую твоим детям.

– О, будь спокойна, у меня с Сейджем и Долорес тоже случаются моменты полного непонимания, – рассмеялась Эми. – Будто мы с разных планет, из разных эпох, и говорить вынуждены по испорченному телефону.

Дерек только ухмыльнулся, когда узнал о теме моей статьи и о выводах, которые я в ней сделала.

«Не смотреть порно? – переспросил он. – Может быть нам всем еще дружно взяться за руки и восславить Христа?»

– Ему понравилось, – ответила я, опуская глаза.

Почему-то я стыдилась признаться, что Дерек не оценил мой труд. И даже хуже – высмеял.