Цыганочка, ваш выход!

– Я так и думала, что вы здесь, – чуть запыхавшись от быстрой скачки, сказала она. Острый взгляд комиссара скользнул по спокойно поднявшейся ей навстречу Мери. – О… я вам помешала, кажется? Какая-то старая романтическая привязанность?

– Товарищ комиссар! – крайне изумлённо сказал Рябченко. – Это Мери… Меришка, таборная цыганка. Она спасла меня год назад.

Коржанская внимательно посмотрела на Мери. Та ответила приветливым взглядом, улыбнулась, стараясь загнать поглубже встрепенувшийся под сердцем страх. Она знала, что краском не выдаст её этой женщине в кожанке, но по спине холодной змейкой проползли мурашки.

– Худого ничего не думайте, товарищ комиссар, – вдруг послышался знакомый голос, и с рогожи во весь рост поднялся Семён. – Меришка – моя жена, с товарищем командиром просто по старой памяти разговаривает.

Мери и опомниться не успела, а он уже подошёл и встал рядом, спокойно глядя на неё. Коржанская, смерив взглядом его взъерошенную фигуру, холодно улыбнулась.

– Мне нет до этого никакого дела, товарищ цыган.

– Сей минут заседлаю, товарищ командир, – пообещал Семён и исчез в тумане. Коржанская уже была в седле, нетерпеливо похлопывала свою каурую по крупу, смотрела вдаль, туда, где мигала одиноким жёлтым огоньком станица. И нарочито повернулась спиной, когда Рябченко протянул руку Мери.

– Что ж, прощай… Меришка.

– До свиданья, Григорий Николаевич. Береги вас судьба, – ровно ответила Мери, как можно вежливее вытягивая свою ладонь из горячей руки Рябченко. А тот, как нарочно, все не пускал и не пускал эти тонкие, нетерпеливо подрагивающие в его руке пальцы. И освободил Мери лишь тогда, когда Семён, ведущий в поводу большого гнедого коня, подошёл вплотную.

– Стряслось что, товарищ комполка?

– Всё может быть… Смоляков, табору будет лучше уйти отсюда как можно быстрей, – отрывисто, провожая взглядом нырнувшую в палатку фигурку Мери, сказал Рябченко.

– Снимемся, – кивнул Семён. – Помогай вам бог.

– А это правда? – вдруг в упор спросил Рябченко, взглянув на своего бывшего бойца чёрными, странно блестевшими в темноте глазами. – Ты женишься на княж… на Мери?

Семён коротко, без улыбки кивнул. Некоторое время краском и цыган молча смотрели друг на друга.

– Товарищ комполка! – послышался с дороги резкий голос Коржанской.