Цыц!

— Пойду, — немного неуверенно проговорила Лиля.

— Большого восторга не слышу. Концепция что ли поменялась, как в том анекдоте? У нас опять Ринат в предмете?

— Да нет… Сама не знаю… А впрочем, не буду ничего загадывать…

— Правильно. Кстати, мне сегодня приснилось, что ты заблудилась в джунглях…

— Фу, какая гадость… Не хочу в джунгли.

— Никто тебя туда и не гонит. Кстати, а давай-ка мы с тобой в этом году махнем куда-нибудь в теплые края? Ты теперь девушка одинокая, никакие мужья под ногами не путаются, поедем вдвоем…

— Но я смогу только после ярмарки.

— Роскошно! А куда, Лилька?

— Мне в общем-то все равно, лишь бы теплое море. Только в Турцию не хочу.

— Ну еще бы! Твой муженек обожал эту Туретчину. Можно в Грецию, можно в Испанию, в Израиль, в Тунис, в Египет…

— Куда-нибудь, где есть жизнь за пределами отеля.

— Ага, поняла! Будем бегать по магазинам?

— А что, тебе кисло?

— Мне сладко! Ладно, я займусь. Вторая половина сентября, да?

Мысль уехать куда-нибудь после ярмарки, вдвоем с Милкой, чрезвычайно понравилась Лиле и настроение здорово поднялось.

На работе все обсуждали новость: ни с того ни с сего уволили одного из художников, Сашу Уткина. Он много лет тянул лямку, выполняя порой взаимоисключающие указания начальства и ничто не предвещало такого финала.

— А кто вместо него? — спросила Лиля.

— Марин, я все-таки уйду! — сказала вдруг Наташа. — Мне все время будет казаться, что меня тоже вот так, в одночасье выкинут.

— Может, ты и права, — задумчиво проговорила Марина. — А что-то на примете есть?

— Пока не очень, но я проживу, какой-никакой муж есть, прокормит пока. Не могу я так больше…

— Ну что ж, — вздохнула Марина. — Мне жаль, но…

— Сашку жалко, — всхлипнула Таня. — Хороший парень.

Но тут пришел кто-то из авторов и сетования прекратились.

— Лиль, — подошла к ней Влада. — Ты уже с Ахметшиным общалась?

— Да, а что? — насторожилась Лиля.

— Да ничего вроде, пока, кажется, нормальный.

— Говорят, красавец?

— Чего ты мямлишь? Скажи, интересно же…

— Что тебе сказать? Книжка у него интересная, даже очень, голова на месте, человеческую речь понимает, на какой-то супер-рекламе не настаивает. Писателем становиться пока не хочет. К профессиональным советам прислушивается. Чего тебе еще?

— Кому? — засмеялась Лиля.

— Откуда я знаю? Но не похож на гомика.