Туфельки для мамы чемпиона (СИ)

Третий вариант — брючный костюм персикового цвета. Необыкновенно шёл Беате. К её волосам и глазам. К тону кожи. И все же, это было не совсем то, что нужно к случаю. — Что думаешь? — Первое. — Оу, пан командир, вы решительно настроены. — Мы возьмём первое и третье, — отдал Роберт указания подоспевшей девушке-консультанту. — Два? Зачем? — Затем, что мне так хочется, принцесса. Так годится? За тем, что ты прекрасна, — зашептал ей на ухо.

Они выскочили из торговой галереи практически бегом. Целоваться начали ещё на подземной парковке.

Пока доехали до дома Роберта, пошёл ливень. Шумный, сильный. Но тёплый. Мокрые и смеющиеся вбежали в дом. — Всё, Жабка, теперь я тебе отомщу! — За что? — За платье без белья! За то, что не дала подглядывать! — Пан командир совсем измучен? — Совсем, принцесса!

День, на который они дороговрились с Александром поехать в пансионат к пани Магде, начался странно.

Утром вдруг забежал Роберт. Беата ночевала у себя. Тухольский ночью летал в Лондон. Видно, что он сразу после рейса не поехал отдыхать.

 — Роберт, ты почему не дома? — Хотел увидеть тебя. Чтобы день прошёл удачно. И кое-что тебе привёз.

В его руках была не очень большая коробка, перевязанная серебристой лентой. — Обещай, что откроешь, когда станешь вечером одеваться. — Хорошо. Будь по-твоему, — Беата приняла коробку. Поставила на видное место, — Давай хотя бы кофе тебя напою. — С кардамоном? Давай.

Беата варила кофе, наблюдая за Робертом. — Как рейс? — Всё хорошо. Полно туристов. Некоторые предпочетают "телепортацию".

Пришлось оставить их в Хитроу. — Как это, телепортация? — Пятеро наших напились до беспамятства. Приползли на посадку последними. Я их оставил. — Зачем? Зачем они пьют перед полётом? — Кто-то действительно боится летать. Но ведь попали же они как-то в ту сторону. Большинство просто не умеют пить так, чтобы не мешать другим людям.

Беата поставила перед Робертом чашку с кофе и тарелку с блинчиками. — Поешь, пожалуйста. Столько было в этом простом действии нежности, что у Роберта защемило в груди.

Он никак не мог привыкнуть к вниманию. Да и не хотел, чтобы это ощущение радости от того, что о нем заботятся, исчезло. Утонуло в ежедневности.

Роберт отвёз Беату на работу. Алекс забирал после занятий.

С Зимовским она свою жизнь и изменения в ней не обсуждала. Он был поглощен собственными делами. Беата старалась не тратить его силы. Да и не знала, как и с какой стороны подступиться.

— Бетти, ты прекрасно выглядишь! Было очевидно, что это не дежурный комплимент.