Туркестан

Не забывайте: он мне контракт подписал! Так что мои денежные интересы налицо. Я такой же черненький, как и все остальные.

– Ну и ладно, – сразу успокоился Скобеев. – Мое дело было вас предупредить. Я так понял, что рвения у вас не убавится?

– Хорошо! Куда вас подвезти? К Якову Францевичу в номера? Уже темнеет, залезете незаметно.

– Нет, сегодня еще рано, и завтра тоже. Так быстро это не состоится. Давайте заедем на Воскресенский базар, я куплю что-нибудь в дом, на ужин. Чего они сами себе не купят. А оттуда в переулок Двенадцать Тополей…

Алексей ошибся.

Нападение на Титуса состоялось уже следующим вечером. Никто не ожидал, что Степан Горсткин так быстро откликнется на необычную просьбу товарища…

Когда Титус снова пришел в почтовую контору, на свой вопрос он вдруг услышал утвердительный ответ. Пожилой служащий поинтересовался строго:

– А как ваше имя-отчество?

– Роберт Робертович.

Почтовик сразу подобострастно осклабился:

– Есть, ваше степенство! Ночью еще пришло распоряжение из Москвы.

По нему вам причитается получить двадцать пять тысяч рубликов. Телеграмма в банк госпожи Карали уже отправлена.

«Черт, – подумал Титус. – Степа расстарался! Надо срочно предупредить Лыкова». Но тут, как назло, к нему подошел знакомый пан.

– Слышал, у вас хорошие новости?

– Да, Юлиан Вацлович. Деньги пришли. Доверяет мне товарищество!

– Что ж, поздравляю! Знаете, где банк?

– Признаться, нет. А может, покажете? И опять в ресторан, обмыть событие! У русских говорится: надо протереть глазки денежкам… Хвалят какое-то жаркое из сайги.

Вы не знаете, вкусно ли это?

Гориздро задумался. Или только сделал вид? В тот раз он весь день шлялся с Титусом, угощаясь на его счет. Сегодня такой надсмотрщик Яану не нужен… Ладно, пообедает да отстанет!

– А давайте, – словно нехотя согласился лодзинец. – Дел пока мало, так и быть. Только сайгу есть не хочу, она жесткая.

И с этого момента прилип к «доверенному», как банный лист. Титус смог избавиться от него лишь к вечеру. Но как известить Лыкова? Курьеров, наподобие Москвы или Петербурга, в Ташкенте не водилось.

Послать коридорного? Опасно: парня могут перехватить. Дадут рубль, и он покажет записку… Самое плохое открытие ждало сыщика в номерах. Осторожно выглянув в окно между шторами, Яков обнаружил наблюдателя. Туземец в папахе стоял и не спускал глаз с дверей. Что делать?

Титус сел на кровать и попытался рассуждать логически. Вряд ли его придут убивать сегодня – уж больно быстро.