Впрочем, в последнее время Валерия являлась скорей бесплатной домработницей и дармовой секретаршей Масика, чем любовницей.
Ну да все рассказанное только присказка, а сказка впереди. Некоторое время назад к Масику на прием попала семнадцатилетняя девочка Алиса, дочь очень богатого отца. Мать у девушки умерла, папенька собрался вновь жениться, но Алиса в штыки приняла предполагаемую мачеху. Обычная проблема. Масик пришелся весьма кстати, Алиса влюбилась в него, а у того забрезжила мысль: жизнь скоро пойдет к закату, надо бы подыскать спутницу жизни.
Алиса показалась ему идеальным вариантом, она была чем-то похожа на Леру: так же с невероятным, болезненным восхищением смотрела на Масика. Только девушка была молодой, красивой, не нудной и… богатой. Ее отец с радостью даст за ней огромное приданое, чтобы только избавиться от дочурки и устроить собственную судьбу. Вот Масик и решил «окучить» Алису. Разгорелся красивый роман. Запланировав свадьбу, Масик не спешил уложить наивную, чистую девочку в кровать. Он изображал из себя Ромео, водил будущую женушку в театр, кино, приглашал в рестораны, вечером торжественно провожал домой и сдавал отцу.
Масик был обеспечен, но состояние, которым владел отец Алисы, ему и не снилось, поэтому врач, всегда считавший, что доллары лучшие его приятели, соблюдал крайнюю осторожность: будущий тесть должен быть уверен, что зятек обожает Алису. Но жить без женщины Масику было тяжело, и он нашел выход из положения. У него остался паспорт Павла Бурцева. Они даже внешне были чем-то похожи.
После авиакатастрофы прошло много лет, и Масик осмелел. Он снимал квартиры в разных районах Москвы, ненадолго, месяца на три, водил туда любовниц, а затем съезжал, не оставив брошенным женщинам ни нового адреса, ни телефона. Хозяевам апартаментов Масик показывал паспорт Бурцева, никаких вопросов документ не вызывал. Он, правда, был старого образца, но хитрый врач специально подыскивал бабулек, желавших сдать апартаменты. Пожилые женщины не обращали внимание на внешний вид документа, их волновало наличие прописки.
Более того, выслушав рассказ Масика о разводе с женой, ни одна из старушек не воскликнула недоуменно: «Минуточку, но тут все странички чистые, где же штамп о браке?»
К Масику, холеному врачу с интеллигентной речью и очаровательной улыбкой, божьи одуванчики моментально проникались доверием. К тому же он оплачивал три месяца вперед, и никаких жалоб от соседей на жильца не поступало. Бабушки искренне горевали, когда он съезжал.
