— Что такое, Полина? — подняла на меня глаза классная.
— А что с Барсовым? Он не придет на занятия?
— Он сейчас в кабинете директора, — сказала Ольга Владимировна. –
— Его выгонят? — прямо спросила я.
— Этот вопрос решается, — не стала отвечать классная и вдруг пригляделась к моему лицу: — Полина. А что у тебя с губой?
Блин, заметила.
— Да так, ничего особенного.
— Уверена?
— Конечно.
— Если тебя кто-то обижает, скажи мне, хорошо? — вдруг тепло улыбнулась Ольга Владимировна. — Мы вместе обязательно решим эту проблему.
"
"— У меня нет проблем, но спасибо, — ответила я, отведя взгляд. Даже если бы Барс не помог мне, и я все так же оставалась бы «крысой», я бы не стала говорить об этом взрослым. Слишком больно и стыдно рассказывать об этом. О таких вещах молчат.
— Все хорошо? Класс нравится тебе? — продолжила Ольга Владимировна.
— Да, все замечательно, — соврала я.
Мы вышли из кабинета. Учительница стремительным шагом направилась к лестнице. А я подошла к Диларе, которая ждала меня.
— Леха сказал, что Барс написал ему, — известила она меня.
— Кажется, его реально хотят отчислить.
Я похолодела.
— Как?..
— Это ведь не первая его драка, — вздохнула Дилара. — А мать Есина в министерстве образования работает, большая шишка. Скандал устроила.
— Где находится кабинет директора? — спросила я, прикрыв глаза.
— На первом этаже, рядом со столовой, — ответила Дилара. — А что?
— Идем, — решила я и взяла ее за руку.
***Барс развалился на стуле за массивным конференц-столом в кабинете директора. Напротив него сидели мать Есина, сам Есин и инспектор по делам несовершеннолетних.
Директор занимал свое место во главе стола, а рядом с ним стояли Атом и еще один завуч.
Если честно, происходящее утомило Барса. Есин то и дело шмыгал разбитым носом, из которого торчали два марлевых тампона. Его мать орала, как резаная. Директор пытался успокоить ее, а завучи по очереди читали Барсу нотации. Спокойной оставалась только инспектор, которую парень видел впервые в жизни. Видимо, новенькая.
Она не кричала, но сразу жестко дала Барсу понять, что он — полный отброс.
И теперь его ждут большие неприятности. Из того, как инспектор заискивающе разговаривала с матерью Есина, он сделала вывод, что они знакомы.
— Еще раз. Я требую, чтобы этого, с позволения сказать, школьника отчислили! — заявила мать Есина. — Таким, как он, в школе не место!
— Поймите, Екатерина Михайловна, просто так мы его отчислить не можем, — терпеливо сказал директор в который раз. — Он ведь ученик.
