Внутри было пусто — то, чего я больше всего боялась, случилось. Я стала изгоем.
Мне казалось, что Малиновская и ее свора догонит меня на улице, и то и дело оглядывалась, однако ничего плохого не произошло. Они не пошли следом за мной — просто стояли рядом со школой и весело кричали:
— Крыса! Крыса! Мы тебя поймаем, крыса!
Чтобы не слышать этого, я показала им средний палец, торопливо сунула в уши наушники и ускорила шаг. Домой я добралась без приключений, разогрела обед, поела, не чувствуя вкуса. Мамы не было, и я включила музыку, пытаясь отвлечься от плохих мыслей.
K-pop играл на всю квартиру, и я даже пыталась потанцевать, но ничего не получалось. Страх и ярость съедали меня изнутри, драли сердце острыми когтями, разрывали душу на части. В голове крутился вопрос — за что? Почему именно я? Что я такого сделала? И кем они себя возомнили?
В соцсети мне пришло несколько сообщений от чьих-то фейков. «Крысы должны получать свое», — было написано в одном. «Только крысы могут уводить чужих парней», — гласило второе.
Отвечать я не стала — удалила. Пошли к черту, до их уровня опускаться не буду!
Забыв о том, что напротив живет Барсов, я забралась на широкий подоконник, как любила делать это дома, откинулась спиной на стену и согнула ноги в коленях. Мыслей не было — я просто бездумно слушала музыку. Так продолжалось час или два — не знаю. Небо рассекали самолеты, и я провожала их глазами, мечтая оказаться на борту одного из них.
Вспомнился папа. В какой-то момент мне захотелось заплакать, и я закрыла лицо, дав волю слезам, но быстро взяла себя в руки.
Я не должна расклеиваться из-за каких-то придурков. Они меня не сломают.
Я выключила музыку и привела себя в порядок. Хотя мама, которая приехала из торгового центра, сразу заметила, что я плакала.
— Что случилось, Полинкин? — грустно спросила она. — С мальчиком поссорилась?
— Да с каким мальчиком, мам? — вырвалось у меня. — Причем тут вообще мальчики?
Как будто у одиннадцатиклассницы проблем других быть не может.
— Что с тобой? — нахмурилась она. — Почему плакала? Что произошло? Тебя кто-то обидел?
— Просто… Скучаю, — соврала я. Мама не должна знать о моих неприятностях в школе. — По дому, по бабушке, по коту. По девчонкам своим!
— Ох, малышка. — Мама вздохнула и обняла меня. — Понимаю, тебе трудно, но так получилось. А все, что ни делается, к лучшему.
— Можно, я уеду? — прошептала я, обнимая ее в ответ. Когда утешают, сложно быть сильной.
