Твой шёпот в Тумане

Я в болота никогда не хочу, но когда спеет морошка — мы всё идём её собирать. Но обувь быстро промокает, а вот болотники мало у кого есть. Тем более новые!

— Но у кого-то ты их видела? — натолкнул меня на мысль Вульфрик.

— Видела, у отшельников. Ну да, — я встрепенулась и перевела взгляд на Вульфрика — Тот дом помнишь, где я ночь на крыше провела. Вот у них такие были. И лицо его, — я глянула на голову, и меня передёрнуло от омерзения, — лицо знакомое.

— В том доме были все мертвы, — задумчиво пробормотал вард.

 — Мы нашли женщину, двоих детей и мужчину. Внутри дома особо не смотрела. Но он был пуст.

— Да, там большая семья была. Жили они обособленно. Ни с кем дружбу не водили. Кто знает, сколько их было в том доме.

— Значит, сейчас поедем и посмотрим, что там к чему, — выдохнул Вульф.

— Куда поедем? — я сглотнула и уставилась на мужа.

— К отшельникам этим, — пояснил он и свистом призвал Шеуса. Пегий конь, задрав хвост, грациозно пошёл к своему хозяину. Позёр копытный.

— Вульфрик, ты ведь шутишь?! Зачем мне туда ехать? Может, ты отряд возьмешь, — предложила я, втайне надеясь, что сейчас мы вернёмся в Сердвинки.

Но судя по выражению лица моего северянина, этого не произойдёт.

— Тот дом мы бегло осматривали. Не придавали значения деталям. Мне нужно, чтобы взглянула ты. Смысл мне тащить туда кучу северян. Даже если там что и будет, мы можем просто не понять. Ты местная. Заметишь то, что уж точно пропустим мы.

— Ну, возьми кого из мужиков наших, — просяще протянула я.

Ну, не хотела скакать к дому отшельников и щекотать себе нервы.

— Томма, ты уж прости, радость моя, но это твой дом набит алтарями, статуэтками и истуканами. Так что проверять со мной дом отшельников будешь ты. А вот местных я допрошу: особенно тех, кто постарше и начну с вашего старосты.

Интересно, какую песню он мне споёт.

Я до последнего надеялась, что Вульфрик пошутил, и мы поедем обратно в его пусть и временный, но теплый и безопасный дом. Но нет.

Выехав на дорогу, он свернул в сторону пустыря.

Именно за ним, у самой реки, в безлюдном месте и стоял дом отшельников. И чем ближе мы к нему подъезжали, тем неспокойнее у меня было на душе. Сбоку к седлу был привязан узелок с вещами и котелок. Статуэтки хашасси вард убрал в другой холщовый мешок.

Я с волнением вглядывалась в придорожные заросли и понимала, что меньше всего сейчас хочу искать в заброшенных домах неупокоенных.

— Вульфрик, а может всё-таки без меня? — шёпотом взмолилась я.