Твоя по принуждению

Больше всего на свете мне хотелось накинуться на него с кулаками, с обвинениями, с упрёками. Какое право он имеет называть меня дешёвкой, если даже не знает, как я жила все эти годы и почему делала это! Почему терпела Диму! Наше с ним прошлое и моё замужество этого права ему точно не дают. Только он считал иначе.

Впившись в моё бедро пальцами, он прижал меня к столу. Я зашипела. Ладони заскользили по столешнице. Позади раздался лязг металлической пряжки.

– У меня есть право на всё, – он склонился к моему уху.

Член его упёрся в меня, и по телу пробежали мурашки.

– На что именно – решать мне. А ты будешь подстраиваться, Крис. У тебя нет выбора, и мы с тобой это знаем.

Я промолчала. Сукин сын! Почувствовала его усмешку, следом – лёгкий укус в шею. Он потёрся о меня, прикусил сильнее. Смял ягодицу и шлёпнул.

– Что тут у нас? – глухой голос, пальцы у меня между ног. Обманчиво мягко погладил складки плоти.

– Мерзавец, – я рыкнула, когда он сжал плоть. – Скотина, – он глухо засмеялся.

– Да, задница у тебя, что надо, – снова сжал ягодицу. – Сейчас посмотрим, как дела с остальным.

Он резко проник в меня. Ахнув, я впилась пальцами в стеклянный стол, дыхание оставило на поверхности влажное пятно. Ард тяжело задышал, задвигался во мне. По телу моему вопреки всему прокатилась тёплая волна, разбавленная примитивной болью.

Я облизнула губы. Я не должна ничего чувствовать. Всё в прошлом. В прошлом. А то, что сейчас… Это только инстинкты.

Мысленно я повторила себе это несколько раз. Всё в прошлом…

– М-м-м… – предательский стон всё-таки вырвался из груди.

Ард брал меня, но это находило отклик.

– Нравится? – он вышел и дотронулся пальцами. – Нравится, – уже с утверждением.

Коснулся моих губ, и я почувствовала вкус собственной влаги. Ничего не ответила ему, только ещё сильнее задрожала от бессилия и злости уже на саму себя. Ард вошёл на всю длину, щекотнул дыханием мою щёку, едва задел губами. И опять стон… Его тихий смешок и новое проникновение.

Я повернулась, пытаясь поймать его губы, но не смогла. Внезапно он обхватил мою шею и сжал. Не слишком сильно, но так, что дышать стало труднее. Вышел и резко вошёл, сдавливая горло.

– С этого момента ты подчиняешься мне, – погладил кожу пальцами и опять сдавил. – Во всём, Крис. Даже дышать ты будешь так, как захочу я.

– И что ты хочешь этим доказать? – опустила веки. Я не должна чувствовать ничего… Не должна. Но я чувствовала.