Твоя по принуждению

– Иди к чёрту, – с новым стоном, дёргая вниз молнию ширинки.

Дотронулась до его члена. Тронула головку.

– Твоя любовница тоже не очень-то старалась, – поглаживая его.

Рихард прижался ко мне бёдрами, его член упёрся в меня. Я сходила с ума от жажды почувствовать его внутри, от выплеснувшегося в кровь адреналина и острой, жгучей ревности. Вдалеке что-то затрещало и затихло. Я лизнула Арда в уголок рта, и он тут же завладел моим. Повёл бёдрами.

– Ещё, – потребовала я, подаваясь к нему.

Почувствовала его усмешку и укусила в то же место.

– Сука! – он рывком насадил меня на себя.

Я запрокинула голову, задыхаясь от остроты ощущений. Он заполнил меня до отказа, натянул так, что стало почти невыносимо. Схватила ртом воздух, выгибаясь в его руках, подставляя губам шею. Опустила веки, обвила его обеими руками.

– Сука, – подтвердила. – Тебе же нравятся суки?

Я была всё ещё немного пьяна от выпитого на вечере шампанского. Не знаю, откуда во мне взялась вся эта смелость.

– Только одна, – крепко сжал мои ягодицы и принялся вбиваться в меня.

Каждое проникновение – удар, до сладкой боли, до всхлипов. Я постанывала, жадно вдыхая ставший разряженным воздух, чувствовала силу и мощь Арда и понимала – я готова ему подчиняться. Только ему, но с одним условием – я единственная женщина в его жизни. Никого, кроме меня. Никого, пока я с ним.

– Хочу платье. И чёртов статус, – поцеловала его в скулу, в шею. Колючая щетина слегка царапнула губы. – И штамп в паспорте…

– Расчётливо, – он почти вышел из меня. Взял за подбородок и поднял мою голову. Его глаза стали совсем чёрными. Я видела в них своё отражение – там, в самой глубине непознанной мною до конца бездны. Прошлась языком по губам, прильнула к нему, сама насаживаясь на него.

– Расчётливо, – собственный голос казался далёким. Ноги были слабыми, внутри я вся пылала.

Ард погладил по заду, пробрался под трусики и провёл по ложбинке между ягодиц. Коснулся ануса и обрисовал его, заставляя снова рвано выдохнуть, а потом подхватил и посадил на капот. Схватил под коленями и дёрнул на себя, проникая на всю длину.

Я упала, выгнулась. Его имя слетело с языка то ли со всхлипом, то ли с жалобным поскуливанием.

Подхватив под коленями, Ард имел меня. Перед глазами плясали точки подсвечивающих парковку ламп. Я заскребла ногтями по капоту.