Твоя по принуждению

Посмотрел другу в глаза. – Я хочу стать адвокатом этой твари.

– Не вздумай мне угрожать, – предупредил я Афанасьева, когда мы выехали с парковки.

Я его не боялся. Слишком много о нём знал, и это было опасно. Не для меня – для него. Он это понимал. Разделаться со мной так же, как с безобидной нянькой он не мог.

– Тем, что убрал девчонку, хуже ты сделал только себе.

– Будем считать, что её смерть на твоей совести.

Этот сукин сын даже не пытался скрыть, что никакого несчастного случая не было. Со скучающим видом он откинулся на спинку сиденья.

В машине негромко заиграла классическая музыка, и он, потерев переносицу, поморщился. Находиться на его территории, в окружении его своры было мне не по нутру.

– Как понимаю, ты не намерен ходатайствовать о перенесении слушанья?

– Не намерен, – выговорил жёстко, с трудом давя желание схватить его за ворот и припечатать к противоположной дверце.

Бывший муж Крис кивнул.

– Будем говорить здесь?

– Тебя что-то не устраивает?

– Меня не устраивает, что ты забываешься, Дима.

Слишком сильно забываешься.

Он не ответил. Только поморщился.

– У меня мало времени.

– На встрече настаивал ты сам, забыл? Но тут ты прав, Рихард. Времени у меня тоже мало. Тут недалеко.

– Не играй со мной, Афанасьев, – снова предупредил я. – Это может для тебя плохо кончиться. Ты перешёл границу.

Он пренебрежительно хмыкнул. Проехав вперёд метров пятьсот, мы свернули в переулок и остановились у низкого кирпичного здания. Охранник вышел первым и открыл перед ним дверь.

Я тоже вышел на улицу. Кивком Афанасьев указал мне на дом. Судя по всему, с этой стороны находился служебный вход.

Телохранитель открыл дверь, и мы спустились по лестнице вниз. Прошли по узкому коридору вдоль нескольких дверей.

– Здесь нам никто не помешает, – сказал Дмитрий, когда мы вошли в квадратную комнату.

Приват комната, в которых шлюхи обычно устраивают игры на раздевание с продолжением с клиентами, готовыми платить за частное удовольствие.

Дмитрий вальяжно прошёл до дивана, но садиться не стал.

Открыл дверцу рядом стоящего бара.

– Выпьешь? – предложил, достав низкий стакан.

Не дождавшись ответа, поставил на стойку второй.

Мой гнев становился всё сильнее. Я ждал, когда этому идиоту надоест тянуть. Хороший способ проверить выдержку. Но на меня это не действовало.

– Неужели ты считаешь, что-то изменится от того, что ты убрал Дебенко? Дочь останется с Кристиной, Дима. Это только вопрос времени.

– Дочь останется со мной, – выговорил он.