Но Богдан точно не тот, кто сможет изменить мою жизнь, исцелить и тот, в ком я буду уверена. Нет, он точно не тот… Как бы меня не тянуло к нему.
Надеваю обычное черное платье, волосы собираю вверх, немного макияжа. Я примерно так же выглядела в нашу вторую встречу, когда увидела их вместе на приеме.
Богдан звонит без десяти, и я прошу его ждать внизу. Не хочу, чтобы он поднимался.
Он остановился прямо перед подъездом, я прыгаю к нему на переднее сиденье.
— Здравствуй, — получается как-то официально.
— Ну здравствуй.
Пристегнись.
Меня всю трясет как при сильной температуре. И это плохой знак. Такое со мной уже бывало однажды. Где-то, наверное, через месяц после предательства Сергея. Я просто начала кричать, свернувшись клубочком на полу. Необъяснимая боль настолько давила, что вырвалась на волю. Мне было очень страшно. Я не представляла, как это остановить. Не знала таблеток от этого. Душа болела. И сейчас болит. Только почему? Богдан мне ничего не обещал, не бросал. Наверное, это от несправедливости, что Ангелина снова получает место с мужчиной, который мне важен.
— Да, — делаю, как он просит. — Куда поедем?
— Не хочешь сама выбрать место? — выруливает со двора.
— Нет.
— Ладно, — опаляя своим продолжительным взглядом мою щеку, отвечает Богдан. — Не выспалась?
— Не выспалась, — отвечаю, смотря в окно. Небо затягивает. Дождь, похоже, будет. — И не в настроении, соответственно, — пальцами одергиваю платье ниже.
— Постараемся это исправить, — звучит как обещание."
"Богдан сделал хороший выбор.
У него есть вкус для тайных встреч. Даже попросил для нас укромное местечко с шикарным видом на вечерний город на втором этаже заведения. Меню тоже впечатляет, на котором я сейчас специально заостряю внимание. Мне нужно немного успокоиться, прежде чем он сделает мне какой-нибудь отвратительное предложение. Подозреваю, что именно таким я его и найду.
Решаю оторваться по полной, не задумываясь о фигуре. Заказываю, что любила поесть в прежние времена, когда меня опоясывало пять-семь лишних кило.
— Хорошее место, — озвучиваю, когда официант уходит. — Надеюсь, нас здесь не увидят…
— Тебя беспокоит, что кто-то с твоей стороны может нас увидеть?
— Нет. Я свободна.
— Меня тоже не беспокоит. Не думай об этом.
Вот он опять... Это настоящее равнодушие? Или притворство передо мной?
— Я этого не понимаю просто… — качаю головой. — Каким бы ни был мужчина… его должно хоть в какой-то мере волновать, что почувствует его жена, если узнает о таком.
