– Я… я не слышала, – Рита отвела взгляд в сторону, но даже в темноте я видел, как отливали румянцем девичьи щёки.
– Замерзнешь ведь, – прошептал. Затем коснулся ее пальто и начал аккуратно застегивать пуговицы, надеясь, что морозный ветер не успел опередить меня.
– Витя…"
"– Я хочу подвезти тебя домой, – не отрывая глаз от пуговиц, озвучил свое желание. Если честно, сейчас мне было наплевать, согласится или откажется Марго. Я не мог отпустить ее так быстро. Почему-то показалось, уйди она, мы больше никогда не встретимся.
Эта мысль, подобно звенящему ужасу, подкралась и испугала.
– Не обязательно, я могу и…
– А помнишь, как-то мы ходили на речку?
– Тогда, когда я промочила ноги? – прошептала она. Я продолжал застегивать пуговицы, вспоминая тот день из детства.
– На улице была поздняя осень, ты могла бы заболеть.
– Но не заболела, потому что ты отдал мне свой кроссовок, а сам пошел в одном носке.
– Рита, – мне нравилось, как звучит имя девушки напротив. Нравилось, как буквы обволакивают слух, словно лаская его.
– Я подвезу тебя. Холодно ведь и темно.
Пару секунд она молчала, а я не решался взглянуть в глаза Романовой.
– Ладно, если ты хочешь… подвези меня, пожалуйста.
– Это лучшее решение, ты знаешь? – сорвалось ликующее у меня. Не выдержав, хотя полагаю, стоило вести себя более сдержанно, я схватил Риту за руку и потянул к отцовской машине. Она дернулась всего разок, видимо, больше для приличия, затем позволила сжать крепче свою ладонь.
Те несчастные пару минут, пока мы шли до стоянки, я будто парил над пропастью.
И мир вокруг перестал казаться мрачным, даже небо, на котором не горело сегодня вечером ни одной звезды, виделось волшебным. Я вскинул голову, растягивая губы в улыбке. Хотелось прокричать на весь мир, сказать каждому, насколько был счастлив.
– Садись, – произнес, открывая дверь машины. Марго коротко окинула меня взглядом, затем залезла на пассажирское сиденье и скрестила руки на коленях, будто находилась в растерянности.
А когда я сам уселся за руль, ее чувства явно передались воздушно-капельным, потому что даже последовательность действий при начале движения напрочь вылетела из головы.
– Надо пристегнуться, – произнес то ли вслух, то ли про себя. Я наклонился к Рите и потянулся за ремнем, находясь в критической близости. Глаза девчонки расширились, она облизнула губы и часто заморгала. Я видела все это, словно кто-то сверху замедлил киноленту, показывая самые яркие фрагменты из фильма.
Мы могли бы… прямо сейчас поцеловаться.
