Так что ни поощрить их сейчас было бы крайне несправедливо.
— Конечно, ребята, — я тепло улыбнулась. Эти мальчишки были друзьями Эгора, такие же смышлёные и смелые, как и он. — Как всё раздадим и вернёмся на склад, можете взять всё, что захочется, но только в разумных пределах.
— И муку? — тут же уточнил один из них, — И муку, конечно, только давайте уже развезём всё и по домам.
Парни поняли, хмыкнули, да так, что я покраснела. Для них я так и осталась Томма — соседка Эгора. Вартесой они меня звали только в присутствии северян.
Повозка неспешно катилась по улочкам вновь отстроенной деревни. Взор радовали дома с яркими красными крышами, заборы ровненькие, да калитки чудные — с вырезанными узорами. Словно и не наши это Сердвинки. Жалко, что нашу деревню не вернут к жизни. Обидно как-то.
Задумавшись, я снова задремала.
— Томма, вставай давай, приехали уже, — меня грубовато толкнули в бок. Открыв глаза, поняла, что мы уже у складов. Стало стыдно. Ну и работник я. Чего, вообще, ехала, послала бы мальчишек, они и сами справились.
— Ну, так как, муки можно взять? Мамка пирожки с морковкой обещала, если добуду, — парень терпеливо дожидался моего ответа.
— Симо, бери уже, чего хочешь: муки, морковки масла. Заработали, в отличие от меня, — отмахнулась я.
— Так спать-то тоже нужно, — подмигнул второй малец. — Что мы мешки не в состоянии по бабам раскидать.
Я улыбнулась. Вот бы и их в ученики куда пристроить. Хотя тут тоже мужики нужны.
А с этих двоих толк будет.
Поправив на плечах плащ, я слезла с повозки и неспешно пошла в сторону дома.
Вульфрика и Сая не будет до вечера, Эмбер наверняка у Талии опять весь день проведёт. А мне и заняться нечем.
— Томма, — у нашего дома я обнаружила всполошённого Малойо, — хорошо, что ты так рано. Ты только не переживай так сильно. В общем, на старом тракте, тут неподалёку, в повозке раненые.
— Раненые? — не на шутку разволновалась я, — Что случилось?
— Напали на отряд вардов наших. Мужик твой совсем плох, брат его рядом с ним, но сделать ничего не может.
Они сюда в деревню не едут, чтобы народ не пугать.
Но я подумал, нехорошо, если помрёт он, а ты с ним и не простишься.
Моё сердце на мгновение перестало биться, в глазах потемнело, а в голове зазвучало его обещание: «Я всегда буду к тебе возвращаться». Пошатнувшись, ухватилась за перила крыльца.
— Они далеко? — не своим голосом шепнула я.
— Нет, — староста покачал головой, — минут пять отсюда. Пойдёшь?
Я слабо кивнула.
— Ну, тогда не будем время терять.
