Он тогда нас угостил и сыром, и хлебом. А ведь не обязан был.
Талия улыбнулась.
— Значит, нужно брать, пока он на наше шумное семейство согласен!
Все важно закивали и рассмеялись.
Глава 25
Весь день я провозилась в огороде, Эмбер, как маленький ребёнок ходила за мной по пятам и не желала ложиться отдыхать. Как я и просила она не трогала кусты со щавелём и на удивление они замечательно выглядели. Всё-таки с её даром что-то не так. Она словно поедает вокруг жизнь, но вот в чём была для меня загадка, почему растениям рядом с ней плохо, а я ничего не чувствую.
Хотя Лестра очень не любила оставаться в Эмбер и нянчится с ней. Всё говорила, что она устаёт рядом с ней сильно. Это меня удивляло, ведь наша младшая сестра всегда была послушной девочкой и хлопот не доставляла.
Я чего-то определенно не понимала, или не замечала.
Ближе к вечеру, рассадив все кусты щавеля, я заметила. что Эмбер не очень хорошо выглядит, а небо, как назло, заволокло тучами, и поднялся ветер.
Похолодало. Загнав сестру в дом, уложила на кровать и прикрыла единственным тёплым одеялом.
Всё приходило в негодность и ветшало.
Устало сев, я глянула на сыр и сало, которое мы поделили с Талией, и вдруг осознала, что завидую ей. Кьерн казался замечательным мужчиной. Сильный, спокойный, готовый уступить и проявить мягкость. Это сквозило в его поступках и словах. Прикрыв глаза, я представила мужчину своей мечты, и передо мной мысленно встал образ высокого варда с пепельной косой до талии. Его холодные светлые карие очи и суровое лицо.
Лучший мужчина для такой, как я. Конечно, в реальной жизни он для меня недосягаем, но помечтать-то можно.
Вспомнив его брата — варда Сая, я сморщилась. Не то, слишком самодоволен и высокомерен. А вот вард Вульфрик. За спиной такого, наверное, и сам туман пустяком покажется. Так хотелось почувствовать себя слабой молодой женщиной, которую любят, о которой заботятся. Хотелось хоть чуть-чуть ощутить себя беззаботной. Чтобы исчезли все эти мысли в голове о силках, петлях на зайца, еде, дровах, хворосте для растопки, об этих щелях в стене и прогнившей крыши.
Об одеяле этом штопаном — перештопанном.
Хотелось свободы от Тумана. Жизни настоящей, а не жалкого существования от заката до рассвета, от одного похода в Туман к другому. Любви хотелось, не тихой и невнятной, а так чтобы страсть, поцелуи и нежность. Да именно нежность. Каково это — ощутить себя в объятьях сильного мужчины.
Я бы хотела узнать вкус поцелуя варда Вульфрика.
Эмбер закашлялась.
