Галя и насчет операции узнавала. Хотела планово, на очередь встать.
– Какая очередь, какая плановая операция? – от отчаяния я заломила руки.
Поговорив с врачом, мы пришли к выводу, что операцию стоит провести и, чем быстрее, тем лучше. Поэтому я, недолго думая, сняла все свои сбережения и накопления на черный день, отдав за операцию для мамы. Все, что угодно, лишь бы спасти родного человека.
В суете дней о Тимофее я совсем забыла, честно говоря, было не до него. У меня и на саму себя времени не было…
Только когда операцию провели успешно, и маму перевели в общую палату, я выдохнула спокойнее, расплакалась от облегчения.
Нас пустили к ней повидаться немного. Я обняла маму, а она больше ахала и охала.
– Миша, ты совсем нашу девочку загонял! Уставшая такая… Вы хоть кушаете? – забеспокоилась она. – Милана, тебе надо кушать. За двоих. Все, прекращай бегать. Добегалась уже, одни глаза на лице! Хватит в больнице ошиваться, возвращайтесь домой, отдохните. Миша… – снова произнесла с укором.
– А что я? Милана сама упрямая.
Если что-то придумала, с намеченного пути не сворачивает.
– Простите, – всхлипнула мама. – Не стоило мне так близко к сердцу принимать слова Славки этого…
– А что он тебе такого наговорил, мама? Только спокойно, без нервов, пожалуйста, – попросила я.
– Чего он мне только не наговорил, – вздохнула она и вытерла слезинки уголком салфетки. – Слава говорит, будто видел тебя с мужчиной, и ему предоставили доказательства твоей измены. Еще наплел что-то про вред и заявление в полицию…
– Какое еще заявление?!
– Якобы ты навредила кому-то, и если не вернешься с извинениями, он примет меры и заставит тебя раскаяться за содеянное.
Милана, о чем он таком говорил, а?
– Я натворила только то, что когда он принес ребенка, нагулянного на стороне, попробовала сохранить семью! Потом, узнав об измене, подала на развод. Точка. Все остальное – козни свекрови.
На лице мамы написано сомнение. Это злит. Я не должна на нее злиться, она всегда желала мне счастья, а Слава ей сильно нравился.
Не должна злиться!
Удерживаю эмоции внутри.
Уговариваю себя не злиться по пустякам.
Но мама добавляет еще одну несколько фраз.
– Слава так убедительно рассказывал. Надеюсь, ты ничего такого не натворила сгоряча? Я тебя знаю, и иногда ты действуешь необдуманно.
Я замираю, сжав пальцы в кулаки.
– Галя, тебе лучше поспать. От наркоза еще не отошла, что ли? Чушь несешь, – негромко заявляет отец. – Милана пошли, пусть мать отдохнет. Подумает, – говорит с нажимом.
