Кажется, я никогда не была такой распаленной просто от прикосновений и поцелуев.
Наше возбуждение витало в воздухе. Мы были возбуждены, жадно сталкивались губами, проникали во рты друг друга…
Его вкус на моем языке, сумасшедшие поцелуи – что-то новое и будоражащее. Я и не знала, что у поцелуев бывает столько оттенков.
Раньше меня Слава просто целовал, и все. Если дело шло к сексу. поцелуи становились короткими и глубокими, он больше любил действовать, но Тимофей, ох… Он словно не мог насытиться мной, и я в ответ желала того же.
Безумно?
Тысячу раз…
Отчаянно?
Определенно…
Но когда он начинал меня целовать, мягко подталкивая к кровати, я забывалась окончательно, я не могла и не хотела сдерживаться.
Рассудок словно помутился. Прошлого не осталось, было только настоящее, и в этом настоящем мы с Тимофеем цеплялилсь друг за друга так, словно были целым миром для двоих.
Я едва дышала, хватала воздух припухшими губами и снова погружалась с головой в поцелуи, ласки, прикосновения…
– Не верю, целую тебя и не верю.
Завиду, бл… Самому себе! – признался Тимофей.
Он присел на кровать и протянул мне ладонь, откинулся, потянул за собой. Я осторожно последовала за ним, но сначала просто сидела и глазела на него, рассматривая мужчину, который остался в одних трусах, не скрывавших его желания.
Он высокий, широкоплечий брюнет. На груди темные завитки волос, черная дорожка уверенно вела вниз под трусы. На левом бицепсе я заметила вязь татуировки. Что-то на латинском, небольшая надпись. Лаконичная.
Тимофей вообще не любил излишества. Его стиль во всем был строгий, немногословный, но очень яркий. Ему шло.
Рука Тимофея лежала на моем бедре, поглаживая его. Я еще была в белье. Последний шаг.
– Передумала?
– Просто смотрю на тебя. Мне кажется, раньше я только украдкой смотрела, – призналась я.
– Так и есть. Ты себя ограничивала, тушила интерес, это было заметно.
– Да неужели? – порозовела от смущения.
Мы почти голые, пришли к нему в номер, чтобы заняться сексом, а я смущалась от легких признаний.
– Да, – уверенно ответил Тимофей.
Он взял мою руку и притянул меня к себе, усадил на колени. Его ладони оплели мой стан, большие пальцы скользили вверх и вниз по спине, поглаживая."
"– Я тебя не обижу. Ты не пожалеешь об этой ночи, клянусь… – Тимофей наклонил голову, медленным взглядом раздел меня и посмотрел в глаза. – И о всех последующих – тоже, если решишься продолжить наш роман.
К чему эти “если”? Я пылала от желания не меньше него самого.
