Ладонь скользит по гладкой поверхности. Я вот-вот упаду, но в последний миг все же успеваю присесть на стул.
Ноги трясутся. В голове – каша.
Отрицание бурлит внутри.
– Нет. Нет… Ты же шутишь?
– Похоже, что я шучу?! – спрашивает с вызовом Слава. – Нет. Это МОЙ ребенок.
– Твой? Как такое возможно?
– Тебе поставили бесплодие. А я хочу иметь детей и воспользовался своим правом на отцовство…
Глава 2
Это ужасно. Просто ужасно.
Мой мир раскололся на части, полыхнул, как при взрыве.
Остался только пепел, который наполнил весь воздух. Дышать невозможно, легкие начинают гореть.
Я не могу ничего поделать, двигаться тоже. Я просто сижу и смотрю на этого малыша. Весь мир сузился до его крохотной фигурки.
Муж говорит обтекаемо: “Я воспользовался своим правом на отцовство…”
И что это значит?
В голове теснятся десятки вариантов. Слава ничего не говорит сам, все приходится вытаскивать из него клещами.
Верный признак того, что для него ситуация тоже очень непростая.
– Ты… взял этого малыша? Из дома малютки? Не посоветовавшись со мной? Если так, то как его тебе дали? Я всегда думала, что нужны оба родителя для усыновления…
Может быть, деньги все решили?!
– Слава, вещи мои принести не забыл? – доносится из коридора голос свекрови.
– Да, мама. Сейчас все принесу.
– Ага, хорошо. Неси давай, хочу в домашнее переодеться, постель своим бельем постелить.
Ты же знаешь, как я белье стираю? Два раза в машинке прокручу, высушу, поглажу с двух сторон… Не то, что лентяйки современные, на быструю стирку всунут, высушат, как попало, и даже не гладят!
Эту тираду свекровь произносит, глядя прямо на меня своими глубоко посаженными глазками. Мария Константиновна еще не совсем старушка, ей около шестидесяти лет.
Многие женщины в ее возрасте стремятся смотреть за собой, ухаживать. Однако мама Славы нарочно держится простоты и подчеркивает свою хозяйственность, постоянно говорит о том, как она устает, вылизывая каждый уголок квартиры до зеркального блеска.
Для нее идеальная женщина – это домохозяйка, в первую очередь. Причем, та, которая встает раньше, чем восходит солнце, и ложится самой последней, перед этим еще раз вылизав все полы в доме до блеска, протерев ручки всех кранов, чтобы блестели.
