Твоя на одну ночь

– О, Джейн, я так за тебя рада!

Я думала, что не меньшую радость ей доставит известие, что теперь герцогский титул де Трези сможет перейти к Дидье (после свадьбы я намерена была обсудить этот вопрос с Эльзаром Восьмым – возможно, для передачи титула потребуется его личный указ, ради которого я готова была простить королю некоторую часть накопившегося за эти годы долга), но она отнеслась к этому почти равнодушно.

Мы расстались с Аланом только вечером, договорившись продолжать сохранять нашу тайну, пока идет его бракоразводный процесс.

Мне же было нужно съездить в поместье к отцу – он имел право узнать обо всём именно от меня. Признаюсь, при мысли об этом разговоре я уже краснела – ведь мне предстояло признаться в том, что Джереми не был сыном герцога де Трези. Я даже представила, как Жозефина заявит на это, что она всегда считала, что мне не хватало воспитания, и не ошиблась в этом.

Для того, чтобы вызволить из тюрьмы герцога Дюплесси, потребовались несколько недель. Сначала его величество Эльзар Восьмой был тяжело болен и оказался не в состоянии принимать какие бы то ни было решения. Потом, когда королю стало лучше, он начал вести себя как капризный ребенок и отказывался разговаривать на те темы, которые были ему неприятны.

А неприятных для него тем было много. Уже трудно было отрицать, что герцог Лурье давно шпионил за генералом – возможно, как раз по поручению самого короля. И когда молчать стало уже невозможно, его величество сдержанно признал, что Лурье оказался не слишком порядочным человеком.

Потом на короля обрушилась новость о разводе его дочери с Аланом, и он погрузился в печаль – планы, лелеемые столько лет, рушились. А когда он узнал, что его внук принц Эдмон уже не может претендовать на камрийский престол, он бушевал несколько недель.

Как только начался бракоразводный процесс, камрийская делегация уехала из Луизаны и вернулась домой. Королева Лилиан осталась в Эльзарии.

Расстаться с Аланом было ужасно трудно. Мы по-прежнему хранили нашу тайну, и никто, кроме Мелани, не знал о наших с ним отношениях. Это было сделано, чтобы обеспечить нашу с Джереми безопасность.

Даже папеньке я не назвала имя настоящего отца моего сына.