Твоя на одну ночь

И он был вполне удовлетворен несколькими серебряными монетами, которые упали в его личный карман.

Полученных по контракту денег хватило на то, чтобы расплатиться с нашими рабочими, закупить еще несколько лошадей-тяжеловозов и ткацких станков, а также обзавестись вполне приличным экипажем.

Мы запустили вторую мануфактуру за полтора месяца – в округе нашлось достаточно обедневших крестьян, охотно ухватившихся за возможность заработать.

Следующей весной мы и в Трези, и в Леантоне распахали новые площади под посевы льна, а мадам Креспен неожиданно для меня согласилась отправиться на новую мануфактуру в качестве управляющей.

Мы повысили ей жалованье, она обновила свой гардероб, и теперь в степенной даме, не выходившей из дома без шляпки, вряд ли кто-то узнал бы прежнюю Фифи. На новом месте у нее был собственный дом и экипаж-двуколка, на котором она разъезжала по Леантону, не давая ни малейшего спуска своим подчиненным.

Целый год мы работали на военные поставки – обе мануфактуры были загружены полностью. Стабильный доход позволил нам обновить оборудование.

А во время осенних балов маркиз Намюр сумел заключить очень выгодный для нас договор с министерством королевского двора на поставку скатертей и тканей не только в столичный дворец, но и в королевские резиденции по всей Эльзарии.

Он сдержал данное мне слово и ни разу не вмешался в управление мануфактурами. Его вполне устраивало, что всеми делами занимаюсь я. Он же выполнял представительские функции, и справлялся он с ними прекрасно.

Месье Понсон и Фифи тоже успешно выполняли свои обязанности, и я, наконец, смогла больше времени уделять Джереми.

Мой мальчик рос, и я всё чаще замечала в нём проявление чужих, неведомых мне магических способностей. Наверно, тот дворянин, с которым я провела единственную ночь, был сильным магом.

Я часто вспоминала барона Дюваля и иногда жалела, что не узнала у него, кто был тем господином, ради которого он отправился в путешествие в Монрей. Бывая в столице, я расспрашивала о бароне Дювале, но его никто не знал, и я решила, что его владения находятся далеко от Луизаны.

Впрочем, это было даже к лучшему.

Джереми официально величался герцогом де Трези, и по достижении должного возраста он будет представлен ко двору. Никто и никогда не должен узнать мою тайну. Так будет лучше для всех – в том числе, и для моего сына. А чужая магия – ну, что же, с этим я ничего поделать не могла. Но, возможно, однажды она окажется ему кстати, и это поможет ему занять при дворе хорошее положение.