Твоя наследница

Что это? Интуиция? Предчувствие? Или за совсем короткое время между отцом и дочерью образовалась такая крепкая связь, что он ощутил жгучую потребность быть здесь и сейчас?

— Доброе утро, красавицы, — здоровается мужчина, одаривая нас теплой улыбкой, — а я вам звонил минут десять назад. Никто трубку не взял. Вот решил подняться.

Давид переводит взгляд с меня на Амину и обратно и немного сдвигает брови, замечая некую заторможенность реакции.

Киваю на приветствие и сосредотачиваю все внимание на кудряшке.

Она, будто застеснявшись, переступает ногами и чуть прижимается к дверному полотну, но в следующий момент, явно вспомнив о своей боевой натуре лидера, вначале чуть слышно, а потом более громко произносит:

— Па-па?

Оборачивается ко мне в поисках поддержки.

Улыбаюсь и киваю, показывая, что я здесь, рядом. Этого становится достаточно. Амина чуть качается с пятки на носок и срывается к отцу.

Цикал реагирует молниеносно. Подхватывает дочь и поднимает её высоко над головой. Та счастливо смеётся и цепляется-цепляется за него руками, стараясь обнять покрепче, прижаться теснее.

— Папа. Папа! — произносит с каким-то придыханием.

Я же прикусываю кулак, чтобы не разреветься. Внутри горит и жжет от переживаний за собственное дитя. Ни разу не видела, чтобы Амина с такой радостью реагировала на кого-то.

— Сокровище моё, — глухо выдыхает в кудрявую макушку Давид.

Слышу, как проседает его голос, как душат и плющат его эмоции, вижу, как в карих глазах вместе со слезами закручивается буря.

Отец и дочь обнимаются, что-то шепча друг другу, совсем ненадолго забывая обо мне.

Испытываю ли я ревность?

Не могу подобрать однозначного ответа. Скорее всего, нет, или, может быть, самую каплю. Для меня более важно состояние ребенка и его покой. Его счастье.

Но вместе со всем я четко понимаю, как в этот миг меняется наш с дочерью мир, ломается привычный уклад, создавая нечто совершенно новое и неизведанное.

Даю двум близким людям побыть немного вдвоем и ухожу на кухню.

Думаю, Давид не откажется от чашки кофе, когда немного придет в себя. Я так уж точно себе заварю.

Готовлю любимый напиток и забираюсь с ногами на подоконник.

Куда там мы торопились сегодня идти? В поликлинику?

Ничего, успеем. Целый день впереди.

А еще надо бы в магазин заехать, прикупить продуктов к ужину.

Гоняю по кругу всякие глупости, стараясь разгрузить голову от переживаний, и пялюсь в окно, совсем не замечая, что за ним происходит.

— Юля.