Всегда осторожно, вкрадчиво и мне казалось в тех поцелуях нет эмоций…сплошная игра, а сейчас его губы хаотично, сильно, даже больно впивались, вжимались, терлись о мой рот, а ладони задирали наверх мою футболку, стянули через голову и отшвырнули в сторону, тут же прижался лицом к моей груди, стоная и выдыхая кипяток, обжигая мне кожу, целуя жадно, голодно, обхватывая соски широко открытым ртом. И эта ласка скорее напоминает утоление голода, такая живая, дикая, животная, не похожая на него. Легко обхватил за талию и посадил наверх, на верхнюю крышку, так что мои ноги, нажав на клавиши издали фортепианный стон.
Расстегнул джинсы и стянул их вниз, не прекращая целовать мои дрожащие ноги, мокрые носки покрывая поцелуями пальцы на ногах, снимая насквозь мокрые трусики. И вот я уже лежу на спине, глядя в зеркальный потолок, дрожащая не от страха, а от самого сумасшедшего предвкушения и волнения со сжатыми коленками, готовая для его гениальной и сумасшедшей игры… и до безумия жаждущая чтобы сыграл на мне как умеет только он.
Твердые губы накрывают внизу мою плоть и мои глаза закатываются, а спину выгибает от неожиданной сильной волны обжигающего удовольствия, и я чувствую, как он ставит мою ногу к себе на плечо, как обхватывает мои ягодицы, придвигая меня ближе к себе. Мое тело пронизывают легкие судороги неожиданного, незнакомого удовольствия, вперемешку со стыдом, что я настолько открыта для него. Сильные, жадные скольжения языка, поднимаясь то вверх, то спускаясь вниз, то кружа настолько виртуозно, насколько его пальцы порхали по клавишам.
И мне кажется, что от такого наслаждения невозможно выжить. Ощущать, как его гениальные пальцы раздвигают мою плоть открывая меня все сильнее для своих наглых и сумасшедших губ. Под которые я уже сама подставляю свою горящую плоть, под этот язык, то вврезающийся вглубь моего тела, то бьющийся о твердый, пульсирующий клитор, заставляя меня несдержанно стонать, нажимая ногами на фортепиано, извлекая какую-то гротескную, животную музыку. И я извиваюсь, содрогаясь всем телом в ожидании того самого…того, что умеет давать мне только он.
В ожидании взрыва, приносящего облегчение. И меня трясет…оно надвигается вместе со скоростью его языка, с ощущением его пальцев входящих в меня и я слышу свои собственные крики. Меня обжигает изнутри и эти губы они посасывают мою плоть, самый кончик ноющего от напряжения узелка, сильно вбирает его в рот и меня накрывает такой острой мощью, что кажется я действительно умираю.
