Впервые спала на груди у мужчины и с наслаждением вдыхала его запах, а внутри меня разливалось его семя и мне не хотелось его вымыть, вытравить, как раньше.
Проснулась, как от толчка, приподнялась на руках, но Ивана не оказалось рядом. Только наши вещи, разбросанные по полу. И кровь бросилась в лицо от понимания, что всю эту ночь я отдавалась ему по доброй воле и…. как же безумно хотелось делать это снова и снова.
А в голове голос Милы «Это не Иван» и ощущение радости, разливающейся по всему телу. Конечно, не он…он не мог.
Как и я не могла полюбить насильника и садиста.
И вдруг не поверила своим ушам. Послышалось мяукание и урчание. Вглядываясь в полумрак тихо рассмеялась. Рапунцель вошла в приоткрытую дверь, потерлась о косяк и мягко пробежав по полу запрыгнула на стол.
Встала с кушетки, набросив на себя рубашку Волина и улыбаясь пошла к ней.
Сожрал значит?
Мой сумасшедший гений, который так ненавидит ложь и все же лжет сам…но как же сладко осознавать, что он солгал. Подхватила котенка под пушистое пузико и увидела, что один из ящиков слегка приоткрыт, потираясь о мордочку Рапунцель я приоткрыла ящик…и улыбка тут же застыла как маска, а сердце судорожно сжалось с такой силой, что казалось я сейчас сойду с ума.
На дне ящика рядом с пистолетом поблескивали цепочки с кулончиками, сережки, браслеты и среди них я видела свой… с кулончиком в виде лилии. Тот самый в котором меня… Мамин. Протянула руку и коснулась его ледяными пальцами, мгновенно падая вниз на остроконечные зубья правды, которые разорвали меня изнутри.
Цепочка разорвана…
— Ксения!
И болью пронизывает все тело, протыкает как ржавыми гвоздями, так чтоб кровь хлынула из всех ран. Схватила пистолет и резко обернулась к нему и в той же руке с моих пальцев свисает цепочка. И на его проклятом лице ни капли удивления, никакого шока. Я вижу краем глаза, как котенок спрыгивает со стола и бежит к нему, чтобы тереться о его ноги, и Волин медленно поднимает ее, целует в мордочку.
— Как быстро нашла. Совсем неинтересно.
ГЛАВА 22
Склонил голову на бок и почесал кошечку за ушами. Ее урчание разрывало тишину и било по мозгам. И мне казалось я сейчас заору, я совсем обезумела…а ведь это действительно был он…
— Я ведь обещал тебе, Ксения, что помогу уничтожить твое зло.
Пистолет в руке дрогнул, но я сжала его двумя и направляла то в голову, то в грудь Вольского. Он сделал шаг ко мне, и я процедила:
— Не подходи! Оставайся, где стоишь!
— Иначе выстрелишь?
— Даже не сомневайся.
