Она посмотрела на мои пальцы в цветных пластырях, затем подняла глаза и встретилась со мной взглядом. И в это мгновение я увидела в нем что-то нежное и хрупкое, что-то, чего она никогда раньше мне не показывала. Что-то похожее на раскаяние и боль, но и… на смирение.
Асия вышла, а я вернулась на кухню.
Я наполняла соусник, когда раздался звонок в дверь, кто-то пошел открывать.
— Ну вот и готово! — раскрасневшаяся от жара духовки, Анна приложила ладонь ко лбу; пирог выглядел великолепно. — Ника, сбегаешь проверить стол? Мы ничего не забыли?
В гостиной царил полный порядок.
Возвращаясь в кухню, я замерла.
В дверь звонила не Асия, а Аделина. Мягкие светлые волосы выделялись на фоне стены, должно быть, она только что сняла пальто, но из-за угла мне не удавалось хорошенько ее разглядеть.
— Ты постоянно смотришь на меня так.
— Так? — переспросил низкий голос.
Я насторожилась. Ригель! Это он открыл дверь и теперь надменно смотрел на нее.
— Так, как будто я всегда появляюсь некстати, — сказала Аделина с натянутой улыбкой.
Ее ясные глаза смотрели на него одновременно и насмешливо, и участливо. — Ты просил меня держаться подальше, что я и делаю. Всегда так делала. Правда?
Что она имела в виду? Подальше от чего? Они обменялись долгими взглядами, прежде чем Ригель опустил голову, и в глазах Аделины появилось выражение, которое я не могла истолковать. Тоска по теплу и сочувствию? То, чего Ригель не замечал или намеренно игнорировал? В отличие от меня.
И снова я почувствовала, что не знаю чего-то важного, поэтому не понимаю, о чем они говорят…
За черными глазами Ригеля скрывался недоступный для меня мир. Душа, которую Ригель никому не позволял увидеть. Тогда почему Аделина говорила с ним так, будто хорошо его понимала?
О чем она знала?
В этот момент меня заметили. Глаза Аделины встретились с моими и вспыхнули. Казалось, они спрашивали меня, что именно я успела услышать, поэтому я смутилась и почувствовала себя лишней.
лишней.
— Ника, — Аделина нерешительно улыбнулась, — привет!
— Привет! — сказала я, стараясь унять удары растерянного, сбитого с толку сердца.
Аделина подняла пакет.
— Я принесла торт, — смущенно сказала она. — Хотела купить цветы, но отказалась от этой глупой идеи, раз Анна цветочница.
Аделина подошла ближе, посмотрела на меня и мило улыбнулась.
— Ты замечательно выглядишь, — прошептала она, как будто я была самым красивым цветком.
